Но куда ужасающе была вся та ненависть, которой он горел в этот момент.
— Не трогайте его! – надрывно выкрикнула, пытаясь встать между драконом и желтоглазом. – Он просто меня защищает. Я не буду сопротивляться, только не трогайте моих помощников!
— Пусть тогда не мешаются под ногами, – Каллен заговорил спокойнее, но его голос всё ещё был пропитан отравляющей злобой.
Тем временем, Бум встал и зарычал, готовясь к новому прыжку.
— Бум, нет, нельзя! Клара! Успокой его и уведи в дом!
— Но… но… Рита, – ворона растерянно выглянула из-за статуи.
– А ты…
— Уведи его, я сказала! Оставайтесь дома. Это всего лишь недоразумение, – я горящее взглянула прямо на Каллена, готовая отстаивать свою невиновность до последнего, – уверена, скоро всё решится, и я уже к вечеру вернусь.
— Вот уж в этом я сильно сомневаюсь…
Уже через час мы были в настоящей тюрьме, которая представляла из себя огромное здание из чёрного камня. Оно находилось на небольшом острове. Вокруг за много километров – одна сплошная водная гладь.
И это явно не место, куда запирают до выяснения обстоятельств перед судом. Не-е-ет. Такое чувство, что Каллен доставил меня в самую настоящую темницу для жутких преступников, которые уже своё в суде отговорили и были признаны виновными. Я надеялась, что мы прибудем во дворец, но у дракона были совсем другие планы.
— Где мы? – спросила я, когда генерал обратился обратно в человека.
— А сама как думаешь? – он всё ещё не был особо приветлив.
— По виду это настоящая тюрьма, куда отправляют уже после того, как приговор уже вынесен. Надеюсь, меня не упекут сюда без суда и следствия?
— Разумеется нет, впрочем, была бы моя воля… – Каллен вздохнул и подтолкнул меня вперед, к входу. – Однако я не могу позволить эшритке находиться в обычной темнице для заключенных, которые ожидают своей очереди в суде. Слишком опасно. Лучше перестраховаться. Поэтому какое-то время ты побудешь здесь.
— А Дерек вообще знает, что вы меня арестовали? – я недовольно взглянула на генерала, но послушно зашагала вперед.
Едва ли я в том положении, когда стоит сопротивляться. Хотя его тон очень уж не нравился.
— Не надейся, что мой племянник поможет тебе. Я позволил ему один раз обмануться и решать столь важные вопрос самостоятельно, и вот к чему всё привело. Я с самого начала говорил Грэгори, что его сын ещё слишком юн, чтобы заводить речь о коронации…
— Но ведь это не так.
