– Тогда логично разделить нас по одному, нет? – произнес Аринэль.
– Что и было сделано с вами, вспомните, – слегка прищурилась, пристально смотря на парня воспитатель. – Но никто не будет держать вас в изоляции больше, чем это нужно. Вы не наказаны, а проходите обучение.
– Хм, разумный подход, – заметил Ари. – А если случиться конфликт здесь?
– Господин Тайфол, любые конфликты в пределах изолятора запрещены, – строго произнесла Минамис. – Если вы не можете удержать себя в руках, по каким-то причинам, то тогда вас обследуют и выдадут рекомендацию, что делать дальше.
Это же правило, кстати, действует в отношении одаренных на всей территории Академии. Поймите, господин Тайфол. Вы можете нанести сильный вред здоровью, как окружающим, так и себе. Вы одаренный, это не только сила, но и ответственность.
– Не всегда конфликт можно разрешить словами, – осторожно сказал Аринэль. – А если начал его не я?
– Пока вы не примените магию вне специальных помещений, никаких претензий к вам не будет, – Минамис слегка сбавила напор.
– И все-таки, постарайся не встревать ни во что, хорошо?
– Да я только за, госпожа Минамис, – хмыкнул Ари. – Я уже все себе доказал на Стене.
Женщина несколько мгновений смотрела на парня и в ее взгляде было какое-то такое выражение, словно она что-то вспоминала, не очень приятное.
– Рада, что ты так настроен, – в голосе женщины проскочило тепло. – Если что-нибудь будет нужно, даже просто поговорить, мои двери всегда открыты.
Аринэль слегка поклонился в ответ. На губах Минамис появилась почему-то слегка грустная улыбка.
Комната была относительно большой. И явно использовалась не только для бесед, иначе зачем тут вторая комната, в которое стоит здоровый траходром?"
"Шагов десять в длину и шесть в ширину. Посередине здоровый стол, но не письменный, а трапезный. Возле него с пяток стульев. Дверь, а точнее проем во вторую комнату в левой от входа длинной стене. А возле правой этакий мягкий уголок. Небольшой бокальный столик, окруженный диванами. Там Аринэль и устроился.
Ну а чего, сколько можно по шконярам кантоваться? Кстати, Минамис дверь оставила открытой, словно подчеркивая, что он волен в своем выборе. Да уж, волен. Видимость свободы.
«Что, буяним?» – усмехнулся про себя Аринэль.
Не иначе гормоны восстают, что так потянуло на «свободу». Какую свободу? Нет, семья примет, конечно, но это же глупость. Осталось только начать косить под затосковавшего по дому. Аринэль усмехнулся и, вытянув ноги, откинулся на спинку дивана.
