Карантин Магического Корпуса. Комната старшего воспитателя.Воспитатель Минамис остановилась перед дверью кабинета и строгим взором оглядела Аринэля, уже экипированного не в эти больничные шмотки, а в нормальный черный с серебром костюм. Женщина поправила парню воротник.
– Смотри у меня, – с легкой угрозой произнесла она и зачем-то постучала в дверь своего же кабинета.
Дверь тут же распахнулась. Открыла ее глава Академии. Интересно, кто же там сидит, если швейцаром подрабатывает сама глава… Велакрус тоже оглядела Ари и кивнула, приглашая.
Аринэль проникся торжественностью момента и зашел бравой походкой, едва не строевым.
За столом воспитателя сидела женщина. О том, кто она, говорил обруч на ее голове. Аринэль сделал три шага вперед и опустился на одно колено. Мимо него прошла глава Академии.
– Встань, мальчик, – коротко, но не давя, произнесла императрица.
Аринэль поднялся и вытянулся, смотря поверх головы главы государства. Велакрус стояла за спиной императрицы.
– И вправду, очень молод, – заговорила Нэйрана Грестос.
– И это тем более удивительно, что в таком возрасте ты уже имеешь столько заслуг. Не тянись, рыцарь.
Аринэль все-таки решил не расслабляться. Лишь опустил взгляд. Императрица смотрела на него с легкой улыбкой.
«Ух ты! Сожри меня ант! Вот это женщина!» – проскользнуло на фоне искреннее восхищение.
Что-то, видимо, все-таки отразилось на его лице, как он не сдерживался. Потому что улыбка императрицы стала явно теплее.
– Понимаешь, почему ты здесь? – спросила Нэйрана Грестос.
– Не совсем, – ответил Аринэль. – Но я очень рад.
«Хэй, парень! Тормози! Это же императрица!!!»
А Нэйрана Грестос слегка приподняла одну бровь. А за ее спиной строго глянула Велакрус.
– Тогда я объясню, Аринэль, – мягко произнесла императрица. – Дело в твоем даре. Видишь ли, в чем дело. Он слишком силен.
Ари молча смотрел на Нэйрану Грестос. И честно говоря, прилагал нешуточные усилия, чтобы вникать в ее слова. Нет, господа, это просто вынос мозга! Не бывает настолько красивых женщин! А императрица опять подняла бровь, видимо, сейчас Аринэль должен был что-то сказать.
И когда пауза затянулась, Ари опомнился. Он захлопал глазами, словно избавляясь от наваждения. По спине пробежал холодок, когда он понял, что вот только что, без всяких почти, залип на императрицу!
– Прошу меня простить, – поклонился Аринэль. – Но почему это плохо, что я… м-м, силен?
А по губам Нэйраны Грестос скользнула довольная улыбка.
– Потому что, Аринэль, – произнесла она.
