Аринэль-то просто шёл, а вот Анти шествовала, милостиво позволяя себя выгуливать. И да, сестрёнка надела новое платье. Голубой пуан ловко обтекал девичью фигурку, подол был до колена, а сверху еще имелось небольшое декольте. Аринэль идя рядом с этой красоткой, которая совершенно не стеснялась своей красоты, иногда ловил себя на том, что хотелось хмурить брови и втыкать во встреченных парней угрожающе-предупреждающие взгляды.
Впереди них шли Сонте и Будзин. Правда, не под ручку, но Эдмонт над этим активно работал, активно массажируя девушке уши.
А ещё сзади шла Кинара… Её мотивов присоединиться к этой прогулке Аринэль, честно говоря, вообще не догонял. Надо будет о ней этого Рорена… тьфу, Роннара расспросить. От неё самой, похоже, добиться ответа будет сложновато…
– Так, так, с этого места погромче! – громко сказал Аринэль, услышав, что Эдмонт заговорил про дуэли. – Что там про бланки?
– Чтобы вызвать кого-то на дуэль, нужно взять бланк в канцелярии, – обернулся Сонте. – Точнее, надо заполнить и сдать один бланк там, а второй отдать тому, кого вызываешь.
«Учёт и порядок! Надо же, как тут интересно это устроено!»
– То есть мне нужно обязательно найти того, кого хочу вызвать? – уточнил Аринэль.
– Лучше, конечно, отдать в руки, – ответил Эдмонт. – Но можно оставить дежурному по корпусу.
– А если так, по простому? – спросил Ари.
– Очень не советую, – поморщился Сонте. – Если ничего серьёзного друг другу не сделаете, то штраф и запретят выходить из Корпуса на какое-то время. Ну, или из карантина.
Плюсом ещё преподаватели и инструктора будут какие-нибудь задания выдавать. А если кто-нибудь серьёзно пострадает, сообщат вигилам. И разбираться будут уже они.
«Ловко. Не можешь прекратить – возглавь».
Саманта в этот момент слегка сжала пальцы, стискивая руку Аринэля, видимо намекая, что данная тема слегка не своевременна. Да и Сонте уже отвернулся, у него тоже имелось куда интереснее занятие, чем разговаривать о дуэлях.
Надо признать, Эдмонт ни разу не приукрасил, когда рассказывал про этот парк.
Тут действительно было очень красиво и самое главное, не пафосно-роскошно, а как-то утонченно. Фонтаны не давили на восприятие монументальностью, не стремились внушить почтение. Они были словно очень красивые и одновременно слегка смущенные девушки, перед первой ночью. Сначала робко сияли издалека еле видимой радугой, потом распускались диковинными цветами, причем, не заставляя восхищаться, а просто на душе появлялся искренний восторг.
