И каждый из этих самых солдат побеждал его каким-то особенно нелепым способом — первый бросил в него куском вишневого пирога, и вервольф подавился косточкой и умер. Второй, званием повыше, ходил отлить, и вервольф поскользнулся, третий раздевался и кинул сапогом, попал вервольфу в лоб. А припев подхватывали все. «Ай-лю-лю, ай-лю-лю, и вервольф уполз».
Мечтатели, бля.
Ладно, хватит уже топтаться на месте. Я шагнул в пролом стены и огляделся. Углы скрывают густые тени, там можно черта с рогами спрятать запросто… А может и нет никого на самом деле? Юрген же вчера письмо прислал, кто мне сказал, что он сегодня тоже будет меня ждать?
Тень в одном из углов зашевелилась, выпрямилась, превращаясь в человеческую фигуру.
По очертаниям ни разу не похожую на бравого штурмбаннфюрера СС. В какой-то ватной хламиде, на голове — кепка до самых глаз.
— Ты кто? — громким шепотом спросил я. — А ну стой на месте, стрелять буду!
— А пистолетик-то у тебя есть, стреляка? — отозвался язвительный голос. Фух. Это Юрген.
Просто под местного замаскировался.
— Вывел я Слободского, — сказал я. — Ушли партизаны от атаки. Хотя ты уже знаешь, наверное.
— Знаю, — кивнул Юрген. — Ты вот скажи мне, друг сердешный, а кто ты вообще такой и откуда взялся?
— Свой, — буркнул я. — В одном ведомстве зарплату получаем.
— Только вот меня насчет тебя никто не предупредил, — хмыкнул он.
— А меня — насчет тебя, — в тон ему отозвался я. — Или ты хотел, чтобы наши личные дела в общественной библиотеке хранили?
— Твоя правда, — он снова кивнул.
Похоже, такое объяснение его полностью устроило. Ну да, в разведке режим секретности — наше все. И если правая рука не знает, что делает левая, то она не сможет ее сдать, если вдруг попадется.
— Придурошный этот болтун — твой человек? — вдруг спросил Юрген.
— Кто? — сначала не понял я.
— Ну, Коля, или как там его на самом деле зовут, — пожал плечами Юрген. — Документы у него поддельные. Рассказывал тут всем, размахивая руками, как на машину напал волк-оборотень высотой до небес и его мертвая сподвижница.
"
"— А! — ухмыльнулся я. — Да, мой. Кстати, я тут узнал, что его в психушку определили…
— Это я его туда, — перебил меня Юрген. — Его собирались допросить с пристрастием, нужно было вывести из-под удара парня. Артистичный черт, я подумал, что пригодится.
— То есть, в любой момент можно будет вытащить? — с облегчением спросил я.
Ответить Юрген не успел. В лицо ему со стороны пролома ударил яркий луч фонаря.
