Наташа…
Услышав, что фашист отвлекся на воющего человека, она осторожно выглянула вниз и тут же спряталась. Все-таки она еще здесь! Какого черта она не покинула позицию? Возможно, просто не успела. От момента выстрела, до того, как здесь нарисовались ближайшие фрицы, прошло буквально пол минуты. Скорее всего, они загнали ее обратно наверх.
— Вот мой дом! — подскочил я к одной из дверей на площадке и отчаянно забарабанил кулаком. — Вера! Открой! Это я! Вера!
Фриц за моей спиной немного расслабился, а за дверью послышались шаги.
Черт! Лучше бы квартире никого не оказалось. Сейчас дверь распахнется, и моя постановка рухнет. Но цель достигнута — рядовой опустил карабин и не ждал подвоха.
Поехали! Я резко развернулся и ударил его кулаком в кадык, одновременно подхватывая его карабин. Тот не смог даже вскрикнуть, от удара словил спазм и голосовые связки лишь выдали сдавленный хрип.
Пришлось работать двумя руками, превозмогая боль от раны. Вторым ударом в челюсть я повалил фрица на пол. Он шваркнулся каской о стену.
Карабин оказался у меня в руках. Я перехватил его поудобнее и прикладом размозжил фрицу висок, целясь под каску.
— Давай вниз, скорее! — крикнул я, задрав голову. — Наташа!
Девушка с ловкостью белки спустилась на площадку. Она видела как я разделался с немцем. В ее расширенных глазах недоумение, ярость и страх одновременно.
— Я же тебе говорил, что свой я! Уходим! — я потянул ее вниз. — Возьми меня под руку, будто в медпункт мужика своего ведешь. Да прижмись ты ко мне, дуреха! Свой я!
— Саша, — пробормотала она.
— Я тебя чуть не убила… Ты ранен. Прости! Я не знала, что ты…
— Разберемся, а сейчас валить надо. Что ты делаешь в городе? — мы торопливо спускались по ступенькам.
— У меня задание… Убить тебя…
Блин… Так и знал, что Наташа не просто партизанка. Тогда при первой нашей встрече, обмолвилась, что в звании сержанта состоит. Потом все отрицала. Видно, многого я о ней еще не знаю.
Между тем, мимо нас наверх пробежало еще трое фрицев. Я изобразил умирающего лебедя, выл, что жить мне осталось недолго, а Наташа меня как «верная жена» успокаивала и волокла на себе по ступенькам.
Таким «макаром» нам удалось выбраться на улицу и нырнуть в подворотню. Сейчас обнаружат труп рядового и за нами организуется погоня. Морду мою вряд ли кто-то запомнил, не до этого всем было, но надо спешить.
В глазах вдруг потемнело, а ноги стали ватными. Я проморгался, но теперь появились звездочки. Твою мать! Как же не вовремя я начал сдавать от потери крови.
