Если уж высокие чины Генеральной прокуратуры не брезгуют по проституткам шляться и при этом продолжают как ни в чем не бывало исполнять служебные обязанности, то рядовой сотрудник, промышляющий частным сыском, совсем не удивляет.
Савостина слегка расслабилась и горячо заговорила:
– Ни копейки из этих денег на себя не потратила. Центр – бюджетная организация. Из государственного кармана нам перепадают крохи.
А планы у Жанны Яковлевны гигантские. Сейчас собирается открыть анонимное родильное отделение.
Еще мечтает о создании специальной гостиницы, куда могли бы обращаться женщины, терпящие насилие от родственников, – жены алкоголиков, беременные школьницы…
Во многих европейских странах есть такие дома, где несчастные могут пожить бесплатно недельку-другую, подлечить нервы… В России пока подобные заведения из области мечты.
Конечно, Савостина знала о «бизнесе» Мирной. Анна Степановна присылала к ней иностранцев. Сколько имела от каждой сделки Мирная – Жанне Яковлевне безразлично.
Важно только, что ей перепадала ровно тысяча долларов, и все денежки шли в приют."
"– На эти деньги мы смогли взять гинеколога, адвоката и еще одну няню. Купили памперсы и новое постельное белье, опять же обзавелись хорошей мебелью, – перечисляла Жанна Яковлевна. – Дело, конечно, подсудное, но, скажите, кому мы сделали плохо? Дети, несчастные, если бы не «Милосердие», погибли бы в помойках. А мы всех спасли и устроили: кого в наши семьи к положительным достойным родителям, ну а некоторых отправили в Америку, Германию и Францию, просто в великолепные условия.
Груднички вырастут и знать не узнают про то, что сопутствовало их рождению. Да за деньги, вырученные за одного такого младенца, я еще десяти смогу помочь, а там, глядишь, и для женщин приют открою… Ну что тут плохого? То, что государство налогов недополучит? Так оно нас и так ограбило. Знаете, сколько денег на ребенка в детском доме отпущено? Двести пятьдесят рублей!
– В день? – спросила я.
– Ха, – фыркнула врач, – в месяц! Вот и крутись как хочешь.
Думай, то ли ботинки воспитанникам покупать, то ли чулочки, то ли пальтишки… Про еду вообще молчу. В супе лапша за лапшинкой гоняется с дубинкой. А Анна Степановна старается изо всех сил…
Запыхавшись от страстной речи, женщина перевела дух.
– Неужели никто никогда не интересовался, откуда у центра столько денег?
– Оформляем как пожертвования анонимных спонсоров, – сообщила Савостина, – все просто.
