На то у меня имелись причины, ведь речь шла о ведьме!
Я помнила, как Фрейг рассказывал Даниэле о том, что сильные ведьмы способны почувствовать другую чародейку даже на расстоянии!
— Тебя выследили благодаря браслету. В нем столько магии, причем древней, что это оказалось проще простого. — Палач садится напротив меня, и я опять оказываюсь под его сканирующим взглядом.
— А почему тогда позволил мне уехать так далеко?
— Мне хотелось узнать, что ты будешь делать дальше… А когда ты зашла в ювелирную лавку, мне стало все предельно ясно.
— Палач горько усмехнулся. — До этого момента я все еще надеялся на то, что ты одумаешься и вернешься ко мне.
— И это после того, как ты со мной обращался?!
— Так было нужно! Не я это придумал!!
Я аж опешила от его слов.
— Что это значит?!
— Забудь, Даниэла. Я и так рассказал тебе много лишнего, — произносит палач и демонстративно отворачивается к окну…
Когда вдалеке показываются шпили королевского дворца, у меня тоже пропадает желание разговаривать.
Я лишь невольно дотрагиваюсь до браслета Архонты, который под парчой совершенно невиден. И горячо надеюсь на то, что палач о нем не узнает.
Не могла же я отправиться во дворец без своего волшебного браслетика! Ведь мне так хотелось увидеть истинное лицо королевской невесты. Да, палач рассказывал мне о том, что избранница Гарольда хороша собой. Но что скрывалось под её писаной красотой?
Глава 26
Даже издалека дворец Гарольда I поражал меня своей безупречной красотой.
Мне нравилось в нем даже то, что он выглядел гораздо меньше дворца в Великой Грейсстании.
Его внутреннее убранство было безупречным: изысканный декор без обилия позолоты, от которой во дворце Вергелиама II аж резало глаза. Именно поэтому обстановка здесь казалась мне уютной и какой-то некоролевской. Что еще раз доказывало то, что Волкодав был непохож на других королей.
Даже не сомневаюсь в том, что настоящей Даниэле этот дворец не понравился бы. Наверняка он показался бы ей чересчур бедным и недостойным королевской семьи…
— Даниэла, здесь я вынужден тебя покинуть.
— Палач смотрит на меня грустным взглядом. — На прием по случаю помолвки короля Гарольда тебя сопроводит моя верная Гейра, которая заменила мне когда-то мать.
— Разве у тебя была мачеха?!
— Нет. После кончины моей матери отец предпочел больше не жениться. Гейра — моя кормилица. А когда-то она была обычной королевской кухаркой, у которой ребенок не прожил и двух дней.
