Ведь Гарольд настоящий красавец, а у Таддеуса вообще нет лица!!
Перед глазами как наяву появилось обезображенное лицо мужа. Даже в лунном свете я без труда тогда рассмотрела его выпуклые шрамы, которые напомнили мне горные хребты на школьной карте.
Но я так и не знаю, почему они были у него свежими? Это, конечно, очень странно, но его рубцы едва не кровоточили!
От таких воспоминаний по моей коже бежит озноб. Но мой мозг на этом не останавливается и подбрасывает мне еще одно испытание. «Может, ты для другого пожаловала ко мне в спальню среди ночи? Все-таки, я твой муж, а ты уже знакома с мужскими ласками…»
Вкрадчивый голос Чудовища звучит в моей голове настолько отчетливо, что я дрожу как осиновый лист.
И это очень глупо, потому что я точно знаю, что палач на такую мерзость просто неспособен. Ведь он меня тогда хотел лишь напугать, и у него это прекрасно получилось…"
"Не успевают на моих щеках высохнуть слезы, как Таддеус уже возвращается ко мне с документом в руках.
— Нужную фамилию впишешь сама, когда мои люди разыщут этого горе-отца.
— Он протягивает мне листок с королевской печатью. — С этого момента он не сможет даже приблизиться к своему сыну. А ещё им займутся законники, потому что этот негодяй заставлял мальчика работать, а в Итее это запрещено.
— Благодарю, — искренне говорю я мужу и начинаю аккуратно складывать документ. Но тут замечаю, что чернила на нем еще не просохли. Поэтому я старательно дую на листок ровно до того момента, пока не обращаю внимание на слова, написанные красивым каллиграфическим почерком… Меня осеняет догадка, и я ошарашенно выдыхаю: — Таддеус, это же ты написал, а не король! Подпись тоже твоя, здесь отчетливо видна заглавная буква Т! Но кто тогда поставил королевскую печать?!
Палач пристально смотрит на меня.
— Даниэла, ты что-то путаешь…
— Да ничего я не путаю! Мне как-то случайно попались на глаза твои записи… ты тогда еще изображал из себя палача.
— Я и забыл, что моя жена имеет привычку открывать чужие сейфы… Допустим, Гарольд мне настолько доверяет, что позволяет мне ставить за него печать.
— С чего бы это?! Ты даже не министр! Опять ложь!
— Сказала жена, которая долгое время скрывала от мужа то, что она ведьма!
Я виновато опускаю глаза. Мне становится даже стыдно, потому что это далеко не вся ложь, которую я от него скрываю…
— Таддеус, но я уже так не могу, вокруг тебя сплошные тайны! Ты можешь пользоваться королевской печатью, и у тебя почему-то носовой платок с королевской монограммой.
