Нож – это вещественное доказательство, а с доказательствами нужно обращаться надлежащим образом: не трогать, дождаться приезда полиции, изъять по протоколу и отправить на хранение. Пиппа набрала номер полицейского участка в Амершеме, отошла подальше и закрыла ухо от ветра.
– Алло, Элиза, здравствуйте! Это Пиппа Фитц-Амоби. Кто сейчас в участке? Ага. У меня к вам просьба: можете послать кого-нибудь, кто свободен, к ферме на Сикамор-роуд в Килтоне? Да, туда, где нашли Энди Б… Нет, это по делу о пропавшем без вести Джейми Рейнольдсе.
Мы обнаружили нож. Нужно его приобщить и задокументировать в качестве доказательства. Знаю, что надо звонить по другому номеру… но, пожалуйста, в порядке исключения? Элиза, клянусь больше ни о чем не просить!.. – Она помолчала, прислушиваясь к тому, что ей говорили. – Спасибо, огромное спасибо!
– Через пятнадцать минут приедут, – сообщила Пиппа, вернувшись к Рави.
А пока следует поразмыслить, зачем Джейми сюда пришел.
– Наоми, ты могла бы проследить, чтобы никто не подходил? – спросила она, указав на деревья.
– Да, конечно.
– Пошли, – позвала Пиппа Рави и направилась ко входу в дом.
Когда-то красная дверь свисала с петель, напоминая полуоткрытый рот. Через закопченные окна еле пробивался тусклый свет. Под ногами хрустел покрытый пятнами заскорузлый ковер. В затхлом воздухе пахло плесенью и пылью – неизменными спутниками заброшенности.
– Ты не сказала, что мы переезжаем, – с отвращением оглядывая стены, сострил Рави.
– Можно подумать, у тебя в спальне намного лучше!
От входа вел коридор, оклеенный выцветшими синими обоями.
Местами обои отошли, обнажив побелку; складывалось впечатление, что на стены набегают маленькие волны. Коридор заканчивался аркой, выходящей в просторную комнату, должно быть гостиную. В дальней части виднелась ощетинившаяся хлопьями пожелтевшей краски лестница. На окнах висели выгоревшие на солнце шторы со смутно угадывающимся цветочным узором. Меблировку составляли два старых, покрытых серой липкой пылью красных дивана.
Подойдя ближе, Пиппа заметила на одном из них округлый след в пыли. Совсем недавно здесь кто-то сидел.
– Смотри! – Рави кивнул на середину комнаты, где стояли три перевернутых металлических мусорных бака, исполнявшие, по-видимому, функции табуретов. Вокруг валялись обертки от диетического печенья и сухариков, баночки от чипсов, пивные бутылки и окурки от косяков.
– Похоже, дом не такой уж и заброшенный, – заметил Рави, подбирая окурок. – Травка, – вынес он вердикт.
