Я столько раз входил в эту комнату без спроса, что сейчас даже как-то непривычно стучать. Помедлив пару секунд, я аккуратно бью кулаком по дереву.
— Войдите, — раздаётся тихий голос.
Я опускаю ручку и открываю дверь. Кристина лежит на кровати. Я бросаю взгляд на ее лицо, и мое сердце тут же сжимается от боли. Она грустит. Она очень-очень сильно из-за чего-то грустит.
— Ты не спустишься? — Тихо спрашиваю.
— Я там никого не знаю.
— Ты знаешь меня.
Она хмыкает.
— А ты меня нет.
Это, черт возьми, правда. Я тяжело вздыхаю, приваливаюсь к дверному косяку и скрещиваю на груди руки.
— Мне очень жаль, что это так. Но, может, я смогу узнать тебя заново?
Она ничего не отвечает и отворачивает голову к потолку. А я так и стою в дверях и смотрю на нее немигающим взглядом, борясь с желанием подойти и крепко обнять. 19 лет назад в детском лагере я бы так и сделал. Но сейчас не могу. Сейчас мы взрослые и чужие люди.
И все-таки я до сих пор не могу поверить, что та девочка — это дочь Игоря Петровича...
— Кристина, пойдём. Пожалуйста, — снова говорю ей через какое-то время.
— Зачем?
— Затем, чтобы я больше с тобой общался и лучше тебя узнавал.
— Не думаю, что тебе это нужно.
Наивная. Мне это необходимо, как воздух.
— Нужно, — говорю ей, выдержав паузу.
Кристина закрывает глаза и молчит. Да что с ней такое?
— Кристина, я не отстану от тебя, пока ты не пойдёшь со мной.
Я уже начинаю терять терпение. Честное слово, я сейчас просто силой подниму ее с этой кровати.
— Хорошо, я сейчас спущусь.
Дай мне 10 минут. — Наконец, соглашается.
Я довольно улыбаюсь.
— Ровно через 10 минут я поднимусь за тобой снова, если ты не придёшь.
И я выхожу, прикрыв за собой дверь. На сердце сразу стало легко и тепло. Сейчас Кристина спустится, и впервые за проклятые восемь лет ненавистное чувство тоски пройдёт. Ведь теперь у меня есть лекарство от него.
— Ну что она там? — Со смешком спрашивает Оля.
— Сейчас спустится.
— А до этого чего не спускалась? Ей отдельное приглашение нужно было?
Мне не нравится тон моей невесты в адрес Кристины.
Честное слово, я уже устал от такого отношения к Морозовой.
— Оль, успокойся, а? Мне уже надоел твой яд в адрес Кристины.
— А почему ты ее защищаешь? — Оля прищурилась и посмотрела на меня с вызовом.
— Потому что это дочь человека, который дал мне всё! Это дочь человека, в доме которого ты сейчас находишься! Это дочь человека, который устраивает тебе свадьбу твоей мечты! Имей хоть немного уважения, Оля.
