Он действительно это все говорит? Так много фраз и все мне? Или это моя галлюцинация? Наркотический приход? Да он за все время нашего общения меньше со мной говорил, чем теперь.
— Амир, я…
Он раздирает мои колготки сразу вместе с трусами, без труда срывает тонкую ткань и прикасается пальцами уже к голой плоти. К голой и готовой. Давит на чувствительную точку, на до боли воспалённый клитор. И я взрываюсь в обжигающем оргазме. В секунду. Возношусь до самых звёзд и обрушиваюсь на землю. Перед глазами молнии рассекают мрачное ночное небо.
— Амир, — шепчу его имя. — Амир.
Он продолжает свою игру. Не отпускает. Не отступает. Идёт на штурм. Он трогает меня там, где теперь до одури влажно, поглаживает между ног и снова начинает стимулировать клитор. Подталкивает к самому краю бездны. Вынуждает кончить снова. И так раз за разом. Раз за разом. Пока я совсем не впадаю в неистовство, пока не начинаю биться как одержимая бесами и орать. Напрочь этим пропитываюсь. Насквозь. Я даже не подозревала, что так бывает. Чаще одного раза.
Ещё и настолько мощно. Причём с каждым разом мощнее. Меня коротит. Кожа пронизана электрическими разрядами.
Громила не спешит брать меня. Трахать не торопится. И то другое, до жути грязное слово… этого он тоже делать не спешит. Ждёт. Чего?"
"Я чувствую, как он возбуждён. Как тяжело дышит. Какой горячий на ощупь. Громадный орган прижимается к моему бедру, рвётся в бой. Но у его хозяина другие планы. Он растягивает пытку.
Я хочу, чтобы он меня взял. Чтобы заполнил. Это нужно мне.
Нужно до слез. Я и правда плачу сейчас. Слезы неудовлетворенности бегут по щекам.
Цепляюсь за его рубашку, расстегиваю пуговицы дрожащими пальцами.
Амир не мешает. Разрешает.
Я раздеваю его, веду ладонями по широченной груди, густо поросшей волосами. Натыкаюсь на железные мышцы, которые тут же напрягаются под моими пальцами. Вмиг наливаются силой. Движусь ниже, опускаюсь следом за дорожкой волос, вниз по мускулистому торсу, к поясу брюк.
— Руки прочь, — как ледяной водой окатывает.
— Что? — закусываю губу, отчаянно дергаю ремень на штанах.
— Убрала руки, — раздаётся холодный приказ.
— Но… ты же хочешь!
Двигаю бедром по его внушительной эрекции. Здоровенный член тут же оживает и подёргивается, как гигантский змей тянется ко мне.
— Я под кайфом не трахаюсь, — отрезает.
— Но это же я под…
— И тебя так точно трахать не стану.
— Амир! — восклицаю поражено. — А сейчас ты что тогда делаешь?
— Помогаю врача дождаться, — хмыкает.
— Какого врача? — хныкаю.
