Все ощущается… абсолютно естественно. Будто так и должно быть. Будто он имеет все права на то, чтобы врезать по моей заднице без дополнительного предупреждения или разрешения.
Бред. О чем я опять думаю? Что чувствую? Точно с ума схожу. Решаю больше не анализировать это, дальше заниматься вопросами декорации.
Через полчаса тележка уже ломится от елочных игрушек, гирлянд самой затейливой формы и прочих традиционных украшений.
— Ох, — выдыхаю, застыв перед рядом, где одна за другой, прямо по росту выстроены искусственные новогодние деревья.
— А в доме же дерева нет. Только во дворе. Зачем нам тогда столько игрушек? Обойдемся гирляндами.
— Хочешь эту херо… хуе… бля, елку? — спрашивает Амир.
Очевидно он не сразу вспоминает верное название. Возникают некие трудности с наименованием. Вряд ли он о елках прежде сильно задумывался.
— Можно мою взять, — отвечаю. — Зачем тратиться впустую?
Амир ухватывает меня за талию и подводит к самому высокому дереву.
— Хочешь или нет? — чеканит по слогам, как с ребенком обращается.
— Хочу, — выпаливаю, не думая.
+++
После обеда в одном из многочисленных кафе торгового центра мы возвращаемся домой и приступаем к украшению внутреннего пространства. Я держу все под контролем, решаю, что и куда крепить. Амир послушно выполняет распоряжения. Один. Абсолютно самостоятельно. Без помощи своих цепных псов. И опять же, закрепляя гирлянду с лампами в форме снежинок и звездочек, умудряется не выглядеть идиотом. Поразительная супер-способность. Где такую добыть?
Елку я наряжаю лично.
Никому не позволяю вмешиваться. Начинаю с верхушки. Строго соблюдаю четко установленный обряд декорирования. Чтобы добраться до таких высот, беру высокую табуретку, встаю сверху, предусмотрительно прихватив стеклянную звезду, которую намереваюсь водрузить на почетное место. Приходится приподняться на носки, вытянуться по максимуму, лишь бы дотянуться до требуемой точки.
И тут я неправильно оцениваю свои возможности. Не рассчитываю силу. В одну лишь секунду теряю баланс, поскользнувшись на безупречно гладкой поверхности табурета, лечу назад, вернее куда-то в сторону.
Едва успеваю оценить происходящее, просто заранее понимаю, что будет чертовски больно. Хоть бы не убиться.
Зажмуриваюсь от страха. Пытаюсь славировать, удержаться на ногах, сама не понимая как именно, однако не сдаюсь.
И почему-то не падаю. Наоборот. Взлетаю. Раскаленные металлические канаты обвиваются вокруг талии, надежно обхватывают, подтягивают выше, поддерживают под ягодицами.
