— Не волнуйся твоя женщина не достанется ни Лютому, ни его дружкам. Я заберу ее сам. Покажу ей, что такое настоящий член. Член победителя. Твоя девчонка будет орать подо мной. Клянусь. Я войду в нее глубже, чем этот меч входит в тебя.
Моя женщина. Девочка. И он. Урод. Ублюдок гребаный.
Ее улыбка. Взгляд. Голос. Нежное тело. Волосы, которые так и тянет намотать на кулак. Приоткрытые губы. Стоны, продирающие похлеще меча. Чистый кайф.
Рано мне подыхать. Рано. Блять.
Рев разрывает грудную клетку. Это я или демон внутри меня?
Пускаю пыль ему в глаза.
Бью. Врезаю, собрав силу в кулак. Отталкиваю. Сам не вижу куда. Кровь застилает обзор. Или это просто красная пелена?"
"Обхватываю рукоять. Выдираю меч из себя. За лезвие вытягиваю. Рывок за рывком. Отправляю к дьяволу нестерпимую боль.
Некогда чувствовать. Некогда слабеть.
Бей. Просто бей его. Забей тварь.
Багровый туман. Везде. Всюду.
Я обхожусь без всякого оружия. Почти отключаюсь от злобы. Почти, но не совсем. Добираюсь до Ахметова и бью его так, как никогда и никого не бил.
Ярость меня затапливает, утягивает на дно.
Отрезвляет только скрежет металла. Резкий. Жесткий.
Оборачиваюсь на звук. Отрываюсь от гада. Вижу, вверху появился люк. Крышка откинута вниз, болтается. Можно дотянуться, подтянуться и выбраться наружу.
Вдруг понимаю, все объято пламенем. Ближе некуда. Огонь тянется к одежде. Руки лижет. Дышать трудно.
Сглатываю кровь во рту.
Бросаю взгляд на подонка, которого избивал еще секунду назад. Обмяк. Повержен. Сокрушен. Его лицо залито кровью.
Ничего не разглядеть. Месиво. Но черт, мне кажется этот психопат улыбается. Ржет.
Все. Пора валить. Живо.
Поднимаюсь. Пошатываюсь, но добираюсь до крышки люка.
Последний рывок. Последний. Давай!
Хватаюсь за сталь. Подтягиваюсь. В следующий миг вдыхаю морозный воздух. Аж ребра ломает. Растягиваюсь на снегу.
Сил нет. Отползаю в сторону. Сам едва осознаю — почему. Просто знаю. Надо быть подальше. Чем дальше, тем лучше. Потому что…
Гремит взрыв. Земля дрожит подо мной. Гром сотрясает лабиринт внизу.
Раскат за раскатом. Уничтожает все.
Видно, ловушка свое отработала.
— Молодец, — сдавленный выдох, тычок в плечо. — Ты прошел.
Рядом приземляется еще одно тело. Как мое. Обессиленное. Ослабевшее. Почти безвольное.
— Урод, — рычу.
За горло его хватаю.
— Чего… — хрипит. — Чего ты…
Умудряется перехватить мою руку. Ослабляет захват. Отстраняет от себя.
— Ты же понял, — откашливается Ахметов. — Я все разыграл. Это должно выглядеть реально.
