Помнишь?
— Много же ты про него думаешь, — замечает мрачно. — Еще и личное погоняло ему назначила.
— Я думаю про него только самое плохое, — не лукавлю. — Но ты ведешь с ним дела, и я бы тоже хотела быть в курсе. Ты же столько кличек новых назвал: Изгой, Покойник, Отшельник. У меня уже голова от информации лопается, тянет получить ясность. Это все его родственники? Члены семьи? О ком ты говорил? Они уступили ему власть? Он сумел их сам уничтожить?
Амир выдерживает паузу, видимо, прикидывает, можно ли сообщать мне подобную информацию, безопасно ли это открывать.
И кажется, особого секрета там нет.
— Он младший сын, последний в цепи наследования, — произносит Амир. — Старший из рода был с позором изгнан за предательство. Другой брат правил недолго. Я знал его. Сильный и смелый, настоящий лев, достойный своих предков. Но пал жертвой крыс. Такая судьба. Их отец не назначил нового наследника, продолжал управлять делами семьи, раздавал поручения, а потом вдруг пропал, оставил свою империю, ничего толком не сообщил, просто ушел в леса, приказав никому его не искать.
Такой поступок серьезно подорвал власть и авторитет. Пришлось быстро погасить междоусобные разборки, взять верх силой. По правилам не вышло.
Изгой. Покойник. Отшельник. Вот как это расшифровывается. Два брата исчезли: один изгнан, второй погиб. А отец и вовсе ушел, исчез без следа. Призрак всех обставил в игре за корону. Хитро, ловко, коварно.
— А вдруг его отец никуда не уходил? — спрашиваю. — Вдруг Призрак сам его убил?
— За такие предъявы шею сворачивают голыми руками, — холодно говорит Амир.
— Хоть мужику, хоть бабе. Пулю жалко тратить. Но тебе простительно. На первый раз. Наших обычаев не знаешь. Чужая ты. И мелкая совсем. Сама не сечешь, что языком мелешь.
«Чужая». Это слово задевает особенно сильно, однако тут я действительно не способна ничего противопоставить. Их культура, нравы, законы и традиции как отдельный мир. И кажется, там для меня не предусмотрено никакого места. Достойного так уж точно.
— Значит, я только для постели пригодна? — интересуюсь тихо, но твердо. — Там вполне взрослая, а для серьезных разговоров не подхожу. И вообще, ничего рассказывать мне не нужно, объяснять тоже. Да из тебя клещами слов не вытянуть. Черт, я даже не в курсе твоей национальности, не представляю, где ты родился и воспитывался. Уже о Призраке больше известно, и то по случайности. А про себя точно не расскажешь.
— Женщина должна быть красивой, создавать уют.
