Он сказал что-то еще, но она почувствовала лишь прикосновение его руки к своей щеке, такое нежное, что, казалось, оно ей почудилось – как и мягкий поцелуй в затылок за мгновение до того, как она провалилась в небытие.
21
Смерть пришла к Скарлетт в пурпурном цвете: пурпурными были обои на стенах, низкая леденящая температура и бабушкино платье – только одетая в него молодая женщина с медовыми волосами, сидящая в фиолетовом кресле, гораздо больше походила на Донателлу.
На ее щечках играл розовый румянец, улыбка искрилась озорством, а синяк, обезобразивший лицо несколько дней назад, пропал.
Вообще, облик у Теллы был цветущий – Скарлетт давно ее такой не видела. Если бы сердце Скарлетт продолжало биться, то теперь остановилось бы от радости.
– Телла, это действительно ты?
– Я, конечно, понимаю, что сейчас ты пребываешь в мире мертвых, – ответила та, – но все же попытайся придумать вопросы поумнее. У нас не так много времени.
Прежде чем Скарлетт успела ответить, сестра открыла лежащую у нее на коленях старинную книгу, которая значительно превосходила по размеру записную книжку Айко и напоминала, скорее, надгробную плиту.
Черный кожаный переплет с разводами инея и с потускневшими золотыми буквами, как у томика мрачных сказок, поглотил Скарлетт целиком и выплюнул на холодный тротуар.
Рядом с ней тут же появилась Донателла. Ее полупрозрачная фигурка уже не казалась такой настоящей и пышущей здоровьем, как прежде.
Скарлетт и сама чувствовала себя весьма странно: в голове мутилось от недавнего перехода в мир иной и бессвязных сновидений, но все же на этот раз она сумела выдавить из себя:
– Где мне тебя искать?
– Если бы я сказала, это было бы жульничеством, – пропела Телла.
– Смотри внимательнее, и сама все поймешь.
Пурпурное солнце опускалось за величественный особняк, похожий на дом с башенками, вмещавший в себе целую вселенную Караваля, но меньшего размера и выкрашенный в темно-сливовый цвет с лиловой отделкой.
Находящаяся внутри девушка была одета в пурпурного цвета платье, опять же, удивительно похожее на то, что принадлежало их с Теллой бабушке.
Вообще-то, на сей раз это оно и было, да и девушка оказалась их бабушкой, только в юном возрасте и почти такой же красивой, как она и утверждала, с отливающими золотом белокурыми кудрями, которые напоминали Скарлетт о младшей сестре.
Молодая бабушка обнимала темноволосого молодого человека, явно считающего, что без своего наряда она будет выглядеть еще более красивой.
