Опять кусает пирожное, облизывает губы…
— Вот увидишь, не видать тебе ребёнка, если Максим подтвердит отцовство!
— Нет… — чувствую, что меня начинает бить дрожь. — Максим не сделает так… он же видит, как я её люблю… как она меня любит… Мама нужна ребёнку!
Последнюю фразу я уже чуть ли не выкрикиваю, тут же выходя из себя.
— Была одна мама, станет другая, — задумчиво говорит Жанна. — У босса, вроде, невеста есть, красивая успешная женщина. Вы с ней, кажется, знакомы?
Мои губы превращаются в сплошную линию. Под руку попадается степлер.
Мне так и хочется запустить им в Жанну.
— Привет, девчонки! — раздаётся из-за спины знакомый мужской голос.
Это Даниил, лучший друг Максима.
— Добрый день, Даниил Юрьевич, — мелодично поёт в ответ Жанна, тут же меняя интонацию голоса.
— Здравствуйте, извините… — вскакиваю с места и бросаюсь в сторону туалета.
Боже… что угодно, лишь бы не видеть Жанну!
Проведя около раковины добрых двадцать минут, я, наконец, собираюсь с силами и возвращаюсь в приёмную.
Сразу замечаю Максима, стоящего возле моего рабочего стола.
— Да она давно ушла… — изображает растерянность Жанна.
— Давно? — Максим явно недоволен. У меня сердце замирает от звука его низкого голоса. — Не неси ерунды! Даша ко мне в кабинет полчаса назад заходила!
— Ну-у, может недавно… — тянет Жанна, которую явно застали врасплох.
— Я здесь, — откликаюсь, прохожу к столу.
Босс оборачивается. У него в руках моё пальто. Сам он уже одет.
— Нам пора, — Максим расправляет мою верхнюю одежду, давая понять, что поможет мне одеться.
— Максим Леонидович, а встреча? Это важно!
— Перенеси на завтра.
Его ладони задерживаются на моих плечах чуть дольше, чем нужно, мне сразу становится жарко, а он как нарочно опускает руки ниже, проводит по моим рукам.
Жест кажется мимолётным, легким, но у меня от него внутри будто пружина скручивается, и почему-то я чувствую… чувствую томление внутри, удовольствие…
— А вам еще Марьяна звонила! — не унимается Жанна, нарушая нашу мимолётную близость. — Говорит, что у вас планы на вечер.
Просила напомнить!
Максим тут же убирает руки.
— Хорошо, — отстранённо говорит он. — Спасибо.
Он поворачивается и шагает к лифту, я семеню за ним.
Боже… в животе всё ещё как-то сладко ноет.
Что это со мной? Хмурю брови и стараюсь не смотреть на него всю дорогу до машины.
— Почему мы уехали раньше? — всё же решаюсь спросить я, когда мы трогаемся с места.
— Не хотел тебя волновать, — серьёзно говорит он, глядя на дорогу. — Там Даришка плачет.
