Я перевожу ошеломлённый взгляд на то, что лежит на подносе.
Маленькая, открытая коробочка и кольцо с умопомрачительно большим, сверкающим бриллиантом!
— Ты… ты… — задыхаясь от волнения начинаю я. — Черкасов, ты… сошел с ума?
Несмотря на возмущение, рвущееся наружу от его сумасбродства, не могу сдержать глупую улыбку…
Меня словно осеняет. Всё враньё. Влад всё придумал! А я ведь… я и сама чувствовала это, да? Просто…было очень страшно.
Но теперь, когда я снова вижу так близко к себе светящиеся искренностью глаза Максима, я понимаю, что он, видимо, и правда никогда меня не бросит…
— Выходи за меня! — спрашивает он, беря меня за руку и прислоняя к губам.
— Вариант с тюрьмой уже не рассматриваешь? — всё же уточняю я.
— Ты уже в тюрьме, Даша! — с пылом продолжает он. — В плену, оковах… Думай, что хочешь, только я больше тебя никуда не отпущу!
— Как-то не слишком романтично… — усмехаюсь я.
Нет, я ещё не забыла свои сомнения. Ну… почти не забыла.
— Извини, — Максим тоже улыбается.
— Цветы купить не успел…не был уверен, что их разрешат пронести на борт.
Я вспыхиваю, вспоминая его последнюю романтичную выходку. Заставленный цветами первый этаж его дома… и то, что последовало после.
В животе всё сладко тянет.
— А как же… — смотрю ему прямо в глаза. — Как же Марьяна? Как…
— Тише, Дашенька, — он придвигается ближе. — Я знаю, о чём ты. Влад мне во всём признался. Тот разговор… — он тяжело вздыхает. — Он был подставным, поверь! Мне просто нужно было…
— Максим, — я забираю руку из его ладони.
— Я устала от твоих интриг… От Жанны, Марьяны, Влада…
— Они больше никогда не появятся в твоей жизни! — быстро заверяет меня он. — В нашей жизни. Потому что теперь наши жизни связаны, малышка.
Я не успеваю ничего понять, как Макс с проворством фокусника надевает мне на безымянный палец кольцо.
Несколько секунд смотрю на то, как переливается камень. Красиво…
— Ты что творишь? — запоздало возмущаюсь я, хотя мне безумно приятно.
— Я же тебе ещё ничего не ответила!
— Ничего, — Максим с проворством поднимает меня на ноги. — Я сделаю всё, чтобы в ближайшие несколько десятков лет из этого чудесного ротика, — он обводит мои губы по контуру. — Вырывалось лишь «да»!
— Пассажир Колесникова Дарья, — внезапно разносится по салону, сидящие в салоне пассажиры, отвлечённые от своих дел, теперь с интересом смотрят на стоящую в полный рост меня.
