Помещения биорегенераторов, вибро— и барокамер, различных диагностических и лечебных устройств и приборов занимали вдвое большую площадь. В последние три дня к ним добавили ещё один отсек, в котором уже заканчивалась наладка и калибровка анабиозных камер. Глядя на всё это, бойцы улыбались и не упускали возможности отпустить в адрес медиков пару-другую шуток. Сильные и крепкие мужики чувствовали себя превосходно. Правда, временами то у одного, то у другого случалось лёгкое недомогание или головокружение, но за исключением этих мелочей всё было в полном порядке, и люди рвались покинуть порядком надоевший всем за неделю карантинный подуровень.
Сами медики, не снимавшие лёгких, ослепительно белых стерильных скафандров, реагировали на подначки с улыбками, на все вопросы отвечали уклончиво, ссылаясь на неисповедимые пути начальства, и во всём проявляли прямо-таки стоическое терпение, в особенности по отношению к повальным нарушениям режима посещений.
Проходящих лечение бойцов, вернувшихся с поверхности, медики окрестили Внешней группой; название быстро прижилось, и теперь на их больничных одеждах помимо стандартных нашивок с фамилией пациента красовались нашивки с надписью «Внешняя группа». Сотрудники Внешней группы вернулись в бункер героями, и не только родственники, но и множество совершенно незнакомых людей в свободное от смен время заходили навестить и поддержать рискнувших своими жизнями ради спасения всех.
Особенно часто приходили дети, воспитатели приводили их небольшими группами, и тогда в комнате встреч не смолкал разноголосый детский гвалт.
Помещение для встреч представляло собой просторный отсек, разделённый посредине прозрачной герметичной стеной, по одну сторону которой располагались посетители, по другую — больные. По всей протяжённости стены была установлена система микрофонов и динамиков, создающая эффект присутствия внутри перегородки людей, находящихся за ней.
Любознательная детвора требовала рассказов о событиях, произошедших на поверхности, снова и снова заставляя очередного героя повторять специально придуманную для детей бескровную версию событий, в результате чего любимой детской игрой стала игра «во Внешнюю группу». Часто дети приносили свои рисунки и прикрепляли их на прозрачную стену комнаты встреч.
