Прямо на крыльце залегло с десяток солдат противника, втянув головы в плечи и, зажмуриваясь в момент нажатия на спусковой крючок, добросовестно тратили патроны на стрельбу в белый свет, как в копеечку. Нехорошо так занимать позицию. Чуть ли не друг на друге. Что ж вы так негигиенично-то… Он на ходу перевёл предохранитель автомата на автоматический огонь и длинной очередью перечеркнул сразу четверых залегших солдат противника. Не теряя скорости, Тринадцатый приблизился к входу на дистанцию броска и метнул в проем одну за другой две гранаты.
Если бы не полное отсутствие зачатков подготовки у противника, на успешное осуществление этого маневра надеяться бы не стоило, прикинул майор и мгновенно отпрыгнул в сторону, краем глаза отмечая, что Четвёртый успешно выполнил свою часть работы. Тринадцатый приземлился между двух врагов и рванул рукоятку боевого ножа. Второй противник умер удивлённым, а первый так удивиться и не успел. Внутри загремели разрывы гранат, и фойе здания наполнилось дымом и гарью.
Группа бросилась на штурм входа, и внутри закипела рукопашная схватка.
Один из турболётов устремился к зданию и выпустил заряд прямо по входу, накрывая и своих, и чужих. Взрывная волна, усиленная закрытым пространством, разметала людей по сторонам. Тринадцатый, сопротивляясь головокружению, поднялся на колено и осмотрелся через автоматный прицел. Оглушённые и контуженые солдаты противника ещё не были способны к сопротивлению. «Да, опыта у вас маловато», — посочувствовал майор, одиночными выстрелами добивая шевелящихся.
Оставлять врага, пусть даже раненого, в тылу было смертельно опасно. Па улице раздался мощный взрыв, и здание вздрогнуло.
— Минус два, — доложила «Коробочка».
— Принял тебя. Хорошо работаешь, «Коробочка». Держи вход, мы уходим на этажи.
Майор собрал группу. Один боец был без сознания, в критическом состоянии. Ещё одному раздробило ногу.
— Ашот, присмотри за Русланом. — раненых осторожно укрыли за обломками входа, и Тринадцатый перетянул бойцу кровоточащую ногу ремнём.
Боец не издал ни звука, лишь болезненно поморщился. Кровотечение остановилось. — Может, всё-таки очнётся… Пока остаешься один. Задача — держать вход, — раненый боец кивнул и перехватил автомат поудобней.
Майор перезарядил оружие.
— За мной.
Зачищать шестиэтажное здание впятером было самоубийством, но другого выхода не было. Никто не знает, когда подойдут основные силы противника, время было дорого и выбирать не приходилось.
