Да, по крови я не ханаани, – я воспользовался самоназванием пунов, – но я стал одним из вас и членом рода Бодонов и хочу, чтобы Карт-Хадашт вновь стал столицей великой державы. Вот только в ней не должно быть граждан второго сорта. Я бы даже хотел, чтобы ытикатцы также получили те же права – понятно, за исключением предателей. Впрочем, предатели были и у нас, в Карт-Хадаште, и с ними я также предлагаю поступить по всей строгости.
Ропот, как мне показалось, несколько утих, и я продолжил:
– Но необходимо, чтобы любой карт-хадаштец имел те же права и возможности в Ытикате, Ыпоне-Сидони или Ыпоне-на-Убе.
Только так мы станем не нагромождением городов, а великой семьей. В которую позднее, как мне кажется, вернутся и Мотуа в Сицилии, и Карт-Хадашт испанский, и другие основанные нами города, которые римляне подмяли под себя. А в перспективе и другие испанские и сицилийские города, а их жители пусть станут нашими людьми. Так же, как вашим человеком стал руси по имени Никола, ныне превратившийся в Николу из рода Бодонов.
Некоторое время стояла тишина. А потом практически вся толпа радостно заревела и неожиданно начала скандировать:
– Никола! Никола!
– Нет, – сказал я строго, утихомирив толпу движением руки. – Я всего лишь один из вас. И пусть наши дети заживут еще лучше, чем мы. В союзе с нашими нумидийскими друзьями. Помните: те, кто выбирает позор вместо войны, получают и то и другое.
Что и случилось с нами после той войны и сейчас, когда мы отдали римлянам все наше оружие. Да, Массинисса тогда перешел на сторону нашего врага, но это произошло лишь потому, что после величайшей победы Ганнибала при Каннах наш Совет решил прекратить войну и искать мира, отказав нашему великому полководцу и в солдатах, и в деньгах, что позволило нашим врагам победить. И мы получили и войну, и позор. Более полувека позора. А на сей раз мы победили.
И это несмотря на то, что наш Совет, желая избежать войны, отдал римлянам все свое оружие и все боевые корабли. Но потом мы решили, что хватит с нас позора. И мы победили!
Народ вновь восторженно взревел, но я, чуть подождав, добавил:
– Дорогие мои соотечественники, я не верю, что римляне не попробуют вернуться. Именно поэтому мы должны быть готовы к их появлению в любом месте – от Ыпона до Нефера к югу от нашего великого города.
