Генерал Лукьянов, я не мог это не признать, недурно водил машину и пользовался любой возможностью ускорить движение. Даже дважды переезжал через высокий бордюр, подминая под колеса газонную траву, и обгонял другие машины беззастенчивым образом. Имидж тяжелого внедорожника и манера езды заставляли тушеваться других не слишком скромных водителей. Нам уступали дорогу, как другие день назад уступали тем самым чеченцам на МКАДе. И разница была только в том, что Лукьянов не сигналил по-сумасшедшему и не кричал ни на кого из водителей из окна.
Он просто ехал так, как мог ехать, чтобы успеть до конца рабочего дня и застать женщину на рабочем месте."
"При входе в офисное здание нас никто не задержал. Мы поднялись в лифте на седьмой этаж. В коридоре нам навстречу шагнул человек в гражданской одежде. Но я сразу понял, что это и есть капитан Магомед Магомедов, потому что он и в цивильном вел себя так, словно в любую секунду готов был «козырнуть». Магомедов показал на дверь:
– Она ждет. Меня в коридор выставила, чтобы работать не мешал.
И раскрыл дверь без стука. Первым вошел генерал, я следом за ним.
Молодая женщина со странной прической сразу меня узнала и улыбнулась сухим недобрым лицом. И даже встала из-за стола. Генеральский мундир Николая Владимировича на нее впечатления не произвел.
– У вас все в порядке? Без неприятностей пока?.. – Она посмотрела на капитана Магомедова, считая, что тот представляет для меня опасность.
– Спасибо, у меня все в порядке, – улыбнулся я в ответ. – Только необходимо срочно решить один вопрос оперативного характера.
Женщина поняла все без объяснений и сразу достала из сумочки трубку.
– Сколько времени вам понадобится? – спросила она по-деловому.
Внешность журналистки была такой же деловой, как и ее слова. Приятно иметь деловые отношения с такими особами – не нужно что-то долго и нудно объяснять.
– Если можно, перебросьте через свой компьютер сюда, – капитан Магомедов протянул женщине флешку. Она кивнула, села за компьютер и за минуту выполнила операцию.
– Еще просьба, – сказал я. – Если у вас нет особых причин для сохранения записи – а их, насколько я понимаю, быть не должно, ибо мы не знакомы, – выбросьте ее, пожалуйста, из своей трубки. Поймите правильно, это вопрос моей личной безопасности.
Женщина пожала плечами:
– Если вопрос безопасности, ради бога. Могу даже из домашнего компьютера выбросить. Я туда уже перебросила. У меня муж восточными единоборствами интересуется, смотрел. Говорит, что вы профессионал.
