Вообще он не ошибался, когда говорил, что граф наводил о нем справки, вот только сильно глубоко не вникал, лишь поверхностные сведения. Ну а первоначальную информацию об этом молодом человеке раздобыл его сын Иван, который сидел сейчас на соседнем стуле с кислым выражением лица и заклеенным пластырем подбородком."
"— Безусловно, кое-что я выяснил — иметь дело с незнакомым человеком в мои правила не входит, здесь вы совершенно правы. Но некоторые вопросы у меня остались, — ответил граф и отпил немного вина.
— Я полностью к вашим услугам, так что задавайте свои вопросы, — с улыбкой ответил Киреев.
Из того, что старший Гедеонов уже знал об этом парне, главное заключалось в следующем: он был из небогатого дворянского рода с не самой лучшей репутацией. Ныне покойный отец Киреева был заядлым картежником, играл часто и с большим азартом, вот только в основном проигрывал. За свою недолгую жизнь он умудрился спустить практически все свое имущество, а в конце концов изволил драться на дуэли, где и был убит.
Отставил после себя двух сыновей. Старший скончался в раннем детстве от болезней, а младший сейчас сидит перед ним и обедает за его счет.
— Разрешите я буду спрашивать прямо? — спросил он и посмотрел на курсанта поверх бокала.
— Как угодно.
— Насколько хорошо вы владеете рукопашным боем?
— В свое время моего отца убили на дуэли, вы знаете об этом? — вопрос на вопрос ответил Киреев.
— Наслышан, — кивнул граф.
— Именно поэтому я считаю, что не стоит искать драки, если ты не в состоянии за себя постоять.
Андрей Алексеевич посмотрел на своего сына, который в этот момент отчаянно засопел и отсалютовал Кирееву бокалом с вином:
— Весьма здравая мысль. Ну-ну и что дальше?
— После его смерти я решил, что мой отец был последним из рода Киреевых, кто окончил свои дни на дуэли, поэтому все имеющиеся деньги потратил на свое обучение боевым искусствам, — Яков пригладил свои усики. — В какой-то момент это начало приносить мне пользу. Я стал известен как человек, которого стоит опасаться.
— Ну да, к вам стали обращаться немощные бездетные дворяне, чтобы вы вступились за них и восстановили их поруганную честь, — кивнул граф. — Вы стали бретером.
— Я бы сказал иначе — я стал борцом за справедливость! — хохотнул Киреев. — Более того, я даже стал получать удовольствие от этого процесса.
— Вы прямо рыцарь в сияющих доспехах! — улыбнулся граф. — Вот только не любите совершать подвиги безвозмездно.
