— Там трава скользкая была, я поскользнулся и лицом об землю ударился, — сказал граф. — Так что Соколов здесь не при чем.
— Может быть, вы тогда расскажете почему вы оба разделись до пояса?
— Так удобнее отжиматься, — усмехнулся я.
— Извини, Владимир, не поняла. Что ты сказал?
— Я говорю — так удобнее отжиматься. Мы соревновались кто больше отожмется, — я посмотрел на Владыкина, который улыбнулся и отвернулся в сторону. — Ну, это такой новый вид состязаний между курсантами. По правилам отжимаемся до тех пор, пока у кого-нибудь кровь из носа не пойдет.
Вот Михаил и не выдержал.
В комнате стало тихо, лишь слышно было как слева от меня хрюкает граф — то ли смеялся, то ли носом кровь обратно втягивал. Таганцева смотрела на меня строгим взглядом, и я понял, что шутка не прошла.
— Послушай, Соколов, ты полагаешь здесь балаган? — Вот по собственному опыту я отлично знал, что со строгими дамами, наделенными властью, лучше не спорить, а Софья Николаевна была именно такой, поэтому я предпочел не отвечать.
— Как ты думаешь, почему в Академии запрещены драки и дуэли между курсантами? Молчишь? В таком случае я тебе подскажу — потому, что нам вполне достаточно того, что некоторые из вас не возвращаются с заданий или остаются калеками, понимаешь? Именно поэтому нас не устраивает, что вы здесь вызываете друг друга на ристалище при каждом удобном случае, а потом ваши родители закидывают Императора письмами, в которых обвиняют администрацию во всех бедах.
— Мне проще, у меня нет родителей, — ответил я.
— Так что не переживайте, Софья Николаевна, если со мной что-то и случится, то писем точно не последует.
— Ну да, в вашем случае не последует, барон, — ответила она. — Но если вам не терпится бесславно сложить голову в очередной дуэли, то в следующий раз просто прыгайте с крыши Академии — по крайней мере избавите нас от необходимости проводить расследование!
— Мой отец тоже считает, что я вправе сам отвечать за свои поступки, — сказал граф.
— Отлично! Тогда прыгайте оба, понятно?"
"Таганцева еще какое-то время ждала от нас каких-нибудь оправданий или извинений, но не дождавшись их, встала со стула, одернула юбку и поправила рубашку.
Похоже, девочка на нас обиделась.
— И кстати, если вам так нравится отжиматься, то я прямо сейчас схожу к мастеру по физической подготовке курсантов и попрошу его, чтобы он прописал вам обоим усиленные ежедневные вечерние тренировки, — она посмотрела на нас и обворожительно улыбнулась.
