Как я так оплошал?
О, Владыка империй! Судя по реакции Мясникова у нас в отделении присутствует любовная история? Надеюсь интерес хотя бы взаимный, лишние нервы на почве неразделенной любви в боевом подразделении никому не нужны.
— Я вас познакомлю перед ужином, — пообещал Никита.
— Договорились, — кивнул я. — Ну, а почему вас четверо? Неужели в Академии такая дикая нехватка курсантов, что даже полноценные отделения не набираются?
— Еще на прошлой неделе нас было пятеро, но один курсант погиб на задании, — нехотя ответил Кучин.
— Поэтому, собственно, ты и здесь.
Получается на опасные задания курсантов начинают посылать довольно рано, если честно я думал, что пока они учатся в Академии к ним относятся более лояльно. Выходит, я ошибался... Ну да, с учетом того, что Мироходцами могут быть лишь Одаренные, которых в принципе не бесконечное множество, то выглядит это логичным — кто-то ведь должен это делать, так почему бы не курсанты?
— Понятно, в таком случае извините, если кому-то он был другом, — сказал я.
— Она, — поправил меня Юра. — Это была она. Да и не за что тут извиняться — здесь такое время от времени случается, так что это скорее нормально. Знаешь как говорят: на войне, как на войне...
Ну да, у нас на Эпсилуме тоже есть похожая поговорка.
В этот момент в коридоре прозвенел звонок.
— Пойдемте на ужин парни.
* * *Я не могу сказать, что вызвал своим появлением в столовой какой-то переполох, но нездоровый интерес к моей персоне все же определенно был. Не знаю, кто именно послужил источником, но слух о том, что в Академии теперь будет учиться тот самый Соколов, отец которого хотел свергнуть Императора, разнесся по учебному заведению на удивление быстро.
Едва я вошел в большой зал, как буквально почувствовал на себе десятки заинтересованных взглядов. Ясное дело, что я не прятал лицо, а смотрел прямо, с улыбкой, достойной моей фамилии. О, Владыка империй! Я человек, которого когда-то осудили на смертную казнь как самого опасного преступника во Вселенной, неужели я буду обращать внимание на какие-то мелочи?
Мой взгляд скользил по лицам я и отмечал, что эмоции у всех разные.
Кто-то смотрит с удивлением, кто-то с любопытством, кто-то с презрением, кто-то с ненавистью, а кое-кто и вовсе равнодушно и эти люди были опаснее всего — когда не знаешь, чего ждать от человека, хуже некуда.
Дарью Наумову мы в столовой нашли быстро, точнее даже не так — это она нас нашла. Как только мы втроем вошли в зал, она тут же оказалась возле нас.
