Впрочем, отец и так бы не приехал — мое имя было позорной ветвью на геральдическом древе семейства Красс, а вот мать могла бы и заскочить на пару минут, все-таки ей я ничего плохого не сделал.
Тем временем судья взял себя в руки и подобрался к сути вопроса.
— Вы не будете отрицать, что являетесь космическим пиратом и одним из самых опасных преступников во Вселенной? — спросил он.
— Я бы не стал так сильно сгущать краски, — ответил я.
Однако толстячок пропустил мои слова мимо ушей и продолжил говорить:
— Что участвовали в угоне гражданских и транспортных судов? Грабили планеты и колонии, принадлежавшие нашему великому Владыке империй? Вы признаете свою вину?
Участвовал? Грабил? Он издевается? Я это все организовывал! И не только это, а много чего еще! Я Сильвиан Красс, мать его, а не какой-то там вонючий грабитель с планеты Джок!
— Разумеется, вы имеете право ничего не отвечать, — продолжал толстяк.
— В данном случае это необязательно. Ваша вина была доказана ранее, а личность установлена, так что все остальное по сути формальность.
Да будет вам известно, что ваши ближайшие родственники уже отказались от вас, поэтому после вынесения приговора мы не станем дожидаться процедуры обязательной встречи с ними для церемонии прощания.
Кто бы сомневался! Отцу я нужен был только как банк органов для моего братца Кристиана, которого он и планировал сделать Главой Дома после своей смерти! Мать... всего лишь женщина. Собственно, поэтому я и сбежал несколько лет назад. Так что фактически они отказались от меня давно, в тот момент, когда я сделал свой выбор и покинул дворец.
Точнее сказать — это я сам выбрал свой путь, не спрашивая, что они думают по этому поводу.
Ну и что теперь? Пожизненное заключение в какой-нибудь сраной дыре на краю Вселенной или они ограничатся хотя бы ста годами тюрьмы? Учитывая многочисленные генетические изменения, которые сразу после рождения ученые внесли в мой аристократический организм, прожить я могу не одну сотню лет и получить пожизненное вот как-то вообще не хочется.
Я что-то совсем улетел в свои мысли, а когда вернулся обратно в зал суда, толстячок уже зачитывал мне приговор, ну хоть самое интересное я не пропустил.
— Именем Владыки империй Вителлия Фалакрина, — вещал он. — Данным мне правом, приговариваю Сильвиана Красса к смертной казни через повешение и немедленную последующую утилизацию. Приговор обжалованию не подлежит и должен быть приведен в исполнение в течение часа с момента вынесения.
