– Ты вообще уверена, что ты моя мать, а не Димина? Столько гадостей в свой адрес я сроду не слышала! Тебя послушать, так Дима прям слиток золота, а я вся такая из себя ущербная…
– Алин, вот почему ты все в штыки воспринимаешь? – мама заламывает пальцы. – Я же не об этом толкую. Просто женщинам в твоем возрасте нужно рассуждать трезво. Для развода много ума не надо, а вот для сохранения брака житейская мудрость требуется…
– Мам, хватит уже про мой возраст! Мне даже сорока нет, всего лишь тридцать семь! Чего ты из меня бабульку-то делаешь? – возмущаюсь.
– И вообще, чтоб ты знала, моя подруга, Соня Орловская, сейчас замуж за миллиардера собирается. А она, между прочим, на полтора года меня старше!
Родительница застывает с открытым ртом. Очевидно, услышанная информация никак не укладывается в ее картине мира.
– Орловская? Это та рыжая? С дурным характером?
У Сони свой бизнес. А моя мама всех бизнесменов считает людьми с дурным характером.
– Да-да, она самая. И, представляешь, ни ее характер, ни ее возраст миллиардера не отпугнули!
– Ну… Это, скорее, исключение, чем правило.
.. В жизни так редко бывает, – она упорно стоит на своем.
– Но бывает же!
– Алин, ну какая ты у меня взбалмошная! Вся в отца! Я тебе про Фому, ты мне про Ерему… Какая разница, что там у твоей Орловской? У тебя-то своя жизнь и свой брак. И тебе надо всерьез подумать над тем, как его сохранить."
"– Так, ладно. Объяснять свою позицию тебе, вижу, бессмысленно, – вздыхаю я. – Ты мне просто скажи, мы с детьми можем пару недель пожить у тебя? Мне нужно время, чтобы снять хорошую квартиру.
Те варианты, которые я пока присмотрела, не совсем подходят.
Мама задумчиво покусывает ноготь. Видно, что в ее голове идут напряженные мыслительные процессы.
– Алин, ты не обижайся, но лучше не надо, – помолчав, отвечает она. – Твой уход из дома лишь усугубит кризис отношений, а я считаю, что вам с Димой нужно помириться.
– Ушам своим не верю! – задыхаясь от негодования, снова тороплюсь на выход.
Родная мать отказывает мне в помощи! Родная мать! Плевать она хотела на мою боль и на мои неоправдавшиеся ожидания.
Хочет, чтобы я, так же как она, всю жизнь прожила с головой, засунутой в песок.
Не дождется!
– Дочка, не злись! Ты мне потом еще спасибо скажешь! Я же как лучше хочу! Для вас, для вашей семьи! Ты сейчас на эмоциях, а потом остынешь и поймешь, что я была права…
До конца эту бредовую тираду не дослушиваю. Просовываю ноги в туфли и пулей вылетаю за дверь.
