При любом удобном случае старается прикоснуться, погладить или поцеловать. Это снова и снова покоряет мое и без того сдавшееся ему в плен сердце. Обожаю, когда мужчина не стесняется быть нежным.
– Можешь покрошить салат, – отзываюсь я. – Если не боишься порезаться, конечно.
– Обижаешь. С ножом я обращаться умею.
Для человека, у которого имеется домработница, Влад и вправду на удивление ловко измельчает помидоры, а я тем временем отчищаю авокадо. Несколько умелых манипуляций в четыре руки – и аппетитный завтрак готов.
Садимся за стол друг напротив друга и не можем сдержать шальных улыбок, которые так и норовят растянуть рот от уха до уха. Я счастлива и не могу не заметить, что Влад тоже. Это восхитительно – видеть отражение собственных эмоций в глазах небезразличного тебе человека.
Однако в условиях реальной жизни идиллия не может длиться вечно: звонок телефона выдергивает нас из атмосферы беззаботности. Влад берет в руки гаджет и, глядя на экран, хмурится. Я прямо вижу, как мрачнеет его лицо.
Интересно, на кого у него такая реакция?"
"Сбросив вызов, Рокотов кладет телефон экраном вниз и снова вооружается вилкой, однако кто-то по ту сторону провода явно не готов смириться с игнором. Звонок повторяется, и Влад едва уловимо закатывает глаза.
– Кто это? – тихо интересуюсь я. – Бывшая?
– Угу. Понятия не имею, чего названивает, – он снова откладывает телефон в сторону. – Сказал же, чтоб не ждала.
Вот это да. Неужели Эльвира пытается его контролировать?
– Скажи, а у тебя не создается впечатление, будто вы опять женаты? – спрашиваю, помолчав.
– Живете в одном доме, отчитываетесь, кто во сколько придет…
– Боже, Алин, – Рокотов обхватывает пальцами переносицу и, зажмурившись, с силой ее трет. – Ты даже не представляешь, как я благодарен за то, что ты не трахаешь мне мозги по поводу Эльвиры. Ты просто образец терпеливости, честное слово, – он смотрит на меня с небывалой теплотой. – И если ты думаешь, что я не понимаю, как абсурдно наша ситуация выглядит со стороны, то не думай – я все прекрасно осознаю.
Мы с Эльвирой договорились, что она побудет тут до дня рождения Эвелины, а дальше съедет. Говоря по правде, я вообще не понимаю, чего она хочет, – он в смятении качает головой. – Приехала, живет, с дочерью так ласкова… Уже даже не знаю, с какой стороны ждать подвоха…
– А я знаю, чего она хочет, – вздыхаю я.
– И чего же? – Влад вопросительно приподнимает бровь.
Откладываю приборы и слегка отодвигаю тарелку.
