Схватив лямку, я вырвала её из его пальцев и вернула на место.
— Тебе пора, Морган. Ни сегодня, ни завтра женщиной в угоду чьей-то чрезмерно разыгравшейся подозрительности я становиться не желаю.
— Рьяна...
— Уходи, Морган, — открыв дверь, я указала ему в сторону коридора.
— Неужели ты все забыла и простила, любовь моя?
— Я не твоя любовь, Морган! Мне не нравятся подобные обращения, и ты это знаешь. Я никому и ничего не простила и не прощу. Но и война мне не нужна. А кто-то, играя на моих чувствах, пытается её развязать.
И не с кем-нибудь, а с наследником империи драконов. Это все, что меня интересует на данный момент. А сейчас я прошу — дай мне вымыться и отдохнуть. Уходи!
Он нагло прошелся взглядом по моему телу и предвкушающе улыбнулся. В этот момент у меня возникло стойкое желание зарядить ему пощечину. Звонкую. Размашистую. Чтобы вся щека покраснела и припухла. Сама мысль, что я окажусь под магом, казалась тошнотворной.
Моя кошка тихо зарычала и подкинула мне совсем иной образ. Другого мужчину, нависающего надо мной в постели.
Рыжеволосого, молодого, высокого и плотоядно ухмыляющегося. Склоняющегося в попытке поцеловать... Облизав губы, я встряхнула себя.
Нет, и этого не надо! Никого не надо.
— Может, передумаешь? Рьяна?
— Вон! — мой вопль разнесся по коридору. — Хочу вымыться и лечь в свою постель. Одна!
Сообразив наконец, что я на грани срыва, Морган все же убрался восвояси. Захлопнув за ним дверь. Прижалась к ней спиной.
Достал! С браком и со своими пожеланиями уложить меня под себя.
Нет, конечно, я понимала, что все эти годы к тому и шло. Он правил, стоя за моей спиной. Заботился и обо мне, и о фьефе, позволяя мне взрослеть.Я была ему благодарна. Безумно благодарна! И чего скрывать, любила по-своему. Не как отца, и не как мужчину. Морган был мне другом и советником. И теперь меня откровенно бесило его неуемное желание занять иное место в моей жизни.
Тяжело вздохнув, снова поплелась в сторону умывальни. Мысль о теплой воде уже не была столь заманчива.
Дико хотелось спать. Лечь на мягкую перину, найти стопами горячий камень, завернутый служанкой в плотную тряпку. Укрыться одеялом и сомкнуть веки.И молока бы ещё перед этим с булочкой.
В дверь снова постучали. Взмолившись, чтобы это была повариха с вожделенной сдобой, так и не дойдя до лохани, я вернулась к двери. Взялась за ручку и потянула на себя.
Моргнув, зажмурилась.
— Как это я вовремя, — раздался больно знакомый глубокий бас надо мной.
