— Ты чувствуешь его? Как мужчину, — я не могла не задать этот вопрос.
— Да, — она смутилась и покраснела. — Сарен всегда был для меня чем-то больше чем охранник. Только рядом с ним я могла чувствовать себя защищенной. С ним и с тобой. Моя кошка успокаивалась, когда ощущала его присутствие. Но раньше я думала, что это потому как Сарен очень сильный. А выходит... Он...
— Твой истинный, Филлия. И ты не представляешь, как я рада этому."
"— Ты знала, Рьяна?!
— Не всегда, — я покачала головой. — Он провел и меня. Молчал столько лет.
Не выдавал себя. Ждал. Это дорого стоит, Филлия. Я не представляю, как он справился. Как находился рядом с тобой и контролировал своего барса. Наверное, поэтому он такой мощный. Годы тренировки силы и выдержки. Гордись собой, милая, это ты сделала этого мужчину несокрушимым.
— Но твой дракон сильнее его? — в глазах племянницы разгорелись озорные огоньки.
Маленькая плутовка снова пыталась вывести разговор на интересующую ее тему. Манипуляторша.
— Знаешь, Филлия, твой зверь не слабый.
Он хитрый. Что тебя интересует, спрашивай прямо.
Облизнув нижнюю губу, она склонила голову набок.
— Вы спали вместе. Все об этом только и говорят. У нашего фьефа новый фер?
Хм.. я опустила взгляд, не представляя, что ей ответить. Мне бы кто рассказал, что у нас теперь и как.
— Айдан сильнее Сарена, так ведь? — снова спросила она.
— Почему тебя это интересует, Филлия? — ее настойчивость смутила.
— Потому что если это так, то мы войдем в империю Драконов. Отец очень этого не хотел. Я смутно помню его разговоры с мамой.
Папа ругался. Злился на дедушку за то, что тот хотел лишить наши земли независимости. Он хотел быть правителем, а не вассалом императора. Я не хочу, чтобы когда-нибудь эта мысль пришла в голову Сарену. Ты не представляешь, как кричал отец, когда узнал о твоей будущей помолвке с сыном императора. Скажи, Рьяна, Сарен слабее Айдана?
Моргнув, я с удивлением смотрела на племянницу и пыталась осознать, о чем она говорит. Максен не желал терять фьеф. Определенная логика в словах Филлии была.
Брат всегда отличался излишним высокомерием. Вассал, действительно, не равно правителю. Но был ли у него с отцом конфликт по поводу союза с драконами?
— Что еще ты помнишь, милая? Я никогда не спрашивала тебя об этом, но, видимо, зря.
Она вздохнула и отвернулась. Повисло молчание. Я ждала ответ.
— Они ругались, — наконец, она негромко произнесла. — Я же была еще маленькой. Помню лишь гнев папы и волнение матушки. Она переживала. Но о чем? Увы.
