Он действует тихо и умело. И реши он свергнуть сейчас тебя, не сомневайся, твой барс и мявкнуть не успеет, как у постели окажутся твои же воины с обнаженными мечами.
— Что за глупости ты говоришь?! — я попыталась сесть ровнее в его руках. — Сарен всегда был предан мне. Всегда... Его брата убили вместе с моими родителями.
— Сарен верен своей девочке. Как пес, даром что кот. Но не могу не заметить, он весьма привязан и к тебе.
— Он не управляет этой землей, — мое возмущение рвалось наружу.
— Да ну? — Айдан приподнял темно-рыжую бровь.
— А кто сегодня там на улице раздавал приказы, и лишь делал вид, что часть из них приняла ты. Да он тебя очень уважает и ценит. Ты часть семьи его истинной. Та, что спасла ее когда-то от смерти. Поэтому он и не предаст. Не посмеет причинять боль той, что ему действительно важна. Но, Рьяна, ты сама не заметила, как этот кот встал рядом с тобой плечом к плечу. Он прикрывается Морганом и действует за вашими спинами. Умело и нагло, скажу я тебе. И мне он нравится. Так что о союзе я буду разговаривать с ним.
..
— Ты... — я попыталась слезть с его рук. — Это моя земля! И фера здесь я! Собирай воинов и немедленно убирайся в свои земли, ящер. Обоз и людей тебе приведут позже. Убирайся, Айдан! От тебя лишь смута!
— Тихо, — неожиданно грубо рявкнул он. — Уймись! Я человек, пришедший со стороны, и мне виднее. Этот твой Морган настолько увлекся погоней за твоей ускользающей из его рук юбкой, что и не заметил соперника на власть. Ты неоспоримый авторитет для людей, но, Рьяна, ты женщина.
А в мире мужчин никто не будет феру воспринимать всерьез.
— Отпусти меня, Айдан! Немедленно! — рявкнула я. — Когда мой отец погиб, никто не спрашивал — юбки я ношу или штаны. Я вынуждена была ночевать с этими книгами доходов и расходов. Учиться понимать там хоть что-то. Мне пришлось судить людей, отдавать приказы, казнить и наблюдать, как смертникам перерезают глотки. Замывать их кровь на своем подоле. Чтобы уважали, я ходила в рейды на красноглазых. Убивала, сплевывала кровь и снова выпускала клыки и когти.
Я читала такие горы отчетов, что тебе, генерал, и не снилось. Искала растраты и снова судила. Убивала, чтобы боялись. И представь себе, никто под мою юбку не заглядывал. Кто я там — баба или нет. А теперь, когда фьеф стал сильнее и опаснее — набежали. Морган там уже и ткань купил, и платье кроит. Сарен вдруг командовать начал. А как проблемы, так все ко мне бегут. Хотя вот к Сарену у меня претензий не было. Он всегда был моей настоящей тенью.
