Сдвинул карту в сторону:
— Святые драконы! Честность. Порядочность. Да он трахал сестру Альви еще до того, как женился на этом цветочке. И после тоже. Не говоря уже о том, что он политик. Ему нужен был наследник, чтобы удержать Вейсмейстрию на плаву, неудивительно, что когда он узнал о твоей беременности, он за тебя ухватился.
Я спокойно посмотрела на него. Пусть не думает, что его слова могут меня задеть. Тем более что я тоже кое-что знала.
— Давно ты знаком с Анастой? — холодно спросила в ответ.
Вальден приподнял брови:
— С этой шлюшкой? Я с ней ни разу не общался.
У меня был другой очень полезный контакт.
— Барви, — хмыкнула я. — Императорский лекарь.
Адмирал перестал ухмыляться.
— Угадала. Он работал на меня очень и очень давно. С тех пор, как я узнал об их с Анастой интрижке. Интересная ситуация, правда?
Да. Необычная. О таком я не думала, но сейчас просто пожала плечами.
— На этом его было очень просто подловить. Оказывается, он по уши втрескался в сестрицу Альви, делал для нее… всякое.
Я предложил ему делать всякое для меня. Ему пришлось согласиться, тем более что я щедро ему платил и обещал забрать в Рован, когда все закончится. Поразительно, но наши цели и интересы удивительным образом совпадали.
У меня в мыслях словно что-то щелкнуло.
Барви, Анаста, Вальден. Средство для выкидыша, способное убить…
— Ты хотел убить Искру Натаниэля, — выдохнула я. — Чтобы поставить под сомнение его наследие, расшатать Вейсмейстрию изнутри.
Анасте было выгодно, чтобы Альви не могла забеременеть, соответственно, это было выгодно влюбленному Барви.
И Вальдену, поскольку…
— Сначала вы мешали беременности, а потом, когда она все-таки забеременела, ты решил от нее избавиться. От нее и от ребенка. Воспользоваться тяжелыми временами, смутой… чтобы напасть? И все это отлично совпало с планами Анасты, потому что ей я тоже мешала.
Кристоф пристально на меня посмотрел.
— Ты действительно умна. Поэтому я тебя и выбрал.
Хотя какой он после такого Кристоф! Водная ящерица.
— Поэтому тебе и не светит, — парировала я, вцепившись в подлокотники.
— Это мы еще посмотрим. Там, куда я тебя отвезу, не будет ни кроликов, ни возможности заниматься тем, что ты так любишь. Рано или поздно тебе надоест сидеть взаперти и сходить с ума. А если не надоест до родов, надоест после. В конце концов, многие женщины становятся сговорчивее, когда речь заходит о судьбе их ребенка. Хотя постой… это не твой ребенок.
