Единственное, чего он не сделал, — забыл вынуть дискету из компьютера. А впрочем, теперь она ему была не нужна. Это в Москве он по крохам собирал информацию об «Астре» и Тарасове. Все это прошлое. Плюсквамперфект. То есть давно прошедшее. Пожалуй, только это осталось в памяти от немецкого языка, который его заставляли учить в школе. Позже Рудерман осилил английский и говорил на нем достаточно свободно.
Тишина Пириты размагничивала. Он пил пиво, и свежий ветерок с залива приятно студил лицо. Через час в Кадриорге он должен встретиться с Карлом.
Время еще было. Поэтому Рудерман взял еще одну кружку пива.
Олег Кольцов
Что-что, а оперативная работа в КГБ была поставлена как надо. Через день после его приезда ребята, когда-то работавшие в эстонской конторе, передали ему, что Рудерман в четырнадцать часов в Кадриорге встречается со своим подельником Карлом Мятсом. Дальше все было делом техники.
Машина ждала на аллее, рядом с кафе, где клиент «забил стрелку». А дальше — захват, потом укол — и на машине до границы.
А там уже ждали.
Конечно, можно было действовать по официальным каналам. Безусловно, эстонская полиция, напуганная нашествием русских бандитов, арестовала бы Рудермана. Но началась бы многомесячная переписка, в дело включились бы адвокаты, а этот дерьмушник нужен был немедленно. Знал он что-то о делах, интересующих руководство.
Брать Рудермана в кафе невозможно. Поэтому надо ждать, когда он наговорится с подельником и выйдет на аллею.
Кафе раскинуло свои тенты и столики на поляне, окруженной плотным кустарником.
Вот отсюда Кольцов и наблюдал.
Рудерман появился ровно в четырнадцать, весело помахал рукой своему приятелю и, сделав шаг, словно запнулся, качнулся вправо и упал.
Кольцов все понял. Убрали Вову, догулялся.
Москва. Борис Кондрашов по кличке Капитан
Он терпеть не мог Шереметьево-2, похоже на Казанский вокзал в сезон отпусков. Дважды он прилетал сюда раньше, из Анголы и Мозамбика. В те годы аэропорт был пустым, чистым и строгим. По сравнению с африканскими он казался высококлассным.
Ну а теперь Шереметьево стало таким же бардаком, как и вся сегодняшняя жизнь.
Борис летел в Прагу с группой туристов. Там они должны были сесть на автобус и через Германию рвануть в Амстердам.
Маршрут был продуман идеально. Руководитель группы проносит контейнер с кобальтом через московскую и чешскую таможни, а в жуткой гостинице «Луна» на окраине Праги, которая когда-то была общежитием советских строителей, передает его Кондрашову.
