Я прикинул, что этого фермера в Дурбане должны хорошо знать, и он, скорее всего, проходя контрольный пропускной пункт, которого просто не может быть на въезде в город, может проехать туда без проблем. Осмотрев его повозки, я увидел еще одного парня на козлах второго фургона — парня лет двадцати пяти."
"— Это сын твой? — спросил я крестьянина-фермера.
Мне, признаться не хотелось ликвидировать этих фермеров, и я крутил в голове варианты, как можно в этой ситуации, и рыбку съесть, и лодку сесть.
— Это Билл, а меня зовут Джонни, Джонни Хилл! — представился он, приподнимая слегка шляпу.
— Скажи, Джонни, где ты останавливаешься в Дурбане?
— Ну, у меня там свояк. — сказал он.
— Хочешь неплохо заработать? — спросил я его, доставая несколько фунтов из своего кармана.
— А кто ж не хочет! — сказал он. — Что нужно делать?
— Нужно переправить меня и моих людей в Дурбан. Перевезти их в твоих фургонах. И остановимся мы в доме твоего свояка. У нас секретная операция, полную цель которой увы сказать тебе не могу, но поверь она очень важна для командования, и получил я это секретное задание от самого генерала Китченера.
— Да-да, понимаю, господин, понимаю!
— И нам нужно проникнуть в город незаметно, чтобы проверить, насколько хорошо работает охрана. Такое задание от командования мы получили. Понимаешь? И у нас есть определенные финансовые резервы, для включения в состав нашей группы, так сказать внештатных сотрудников, то есть тебя, например можем на неделю призвать на секретную службу, за хорошую оплату конечно же.
— Понимаю! — улыбнулся фермер, глядя на деньги в моих руках.
Я видел, как загорелись и заблестели глаза у Джонни Хилла. Видимо, деньги, да еще и такая секретная помощь военным, которые выполняли важное задание руководства, для него было очень интересной работой. Собственно, так не понял, что ему было важнее. С другой стороны, в обычное, не военное время эти фермеры не сказать, что с жиру бесились. Что-то удавалось им заработать, но скорее всего немного.
Поэтому от возможности получить серьезный гонорар он ни за что бы не отказался. А я пообещал ему двести фунтов прямо сейчас, а в случае, если нам удастся незамеченными оставаться в доме его свояка неделю, то по триста ему и родственнику.
Это были огромные деньги, которые просто вскружили Джонни голову. Мы договорились, что он отправит своего сына обратно на ферму и тот уведет всех наших коней, которых устроит там на конюшню.
