И оно останется со мной навсегда.
Я раз за разом прокручивала в голове слова Адиля. Он прав. Пока я рядом, Исайя не успокоится. Он будет пытаться отомстить. А сейчас он будет осторожней, не будет бросаться на рожон. У него изменится восприятие реальности. Он не бессмертный. Если с ним что-то случится, то дочь останется одна.
Я пыталась не думать о Рине. Эти мысли… Они просто вспарывали меня тупым ножом. Мне было физически плохо от разлуки с ней. Это самая настоящая агония. Пустота внутри, зияющая рана, постоянно кровоточащая, нарывающая.
Каждый вдох – это боль, каждый выдох – отчаяние.
Спустя час мы заехали в спальный район. Водитель открыл для меня дверь, где ждал Адиль. Я подошла к нему, все еще сомневаясь в правильности своего решения.
– Здравствуй, Лера, – поздоровался мужчина.
Я просто кивнула, я не хотела говорить. Я вообще ничего не хотела.
– Пойдем, проведу тебя в квартиру, – сказал он и подхватил чемодан.
Мы зашли в парадную и потом на лифте доехали до шестого этажа. Адиль открыл дверь квартиры и пропустил меня вперед.
Я огляделась по сторонам, но в памяти ничего не отложилось.
– В холодильнике все есть. Деньги на столе. Что-то понадобится, скажи Николаю, он будет внизу в машине.
Я обняла себя руками, чтобы не распасться на части.
Адиль собрался уходить, когда я его остановила своим вопросом.
– Ты думаешь, я правильно поступила?
– Безусловно, – повернулся ко мне лицом. – Ты все сделала верно, Лера. Ты подарила им жизнь.
– А если ты ошибаешься? Может, если бы я поговорила с Исайей…
– Он не стал бы тебя слушать, – отрезает мужчина.
– Он даже Рину никогда не слушал.
Это камень в мой огород. Кто я такая.
– Как долго я проведу в этой квартире? – спросила, проглотив обиду.
– Постараюсь вывезти тебя как можно скорее. Думаю, в течение нескольких дней.
– Хорошо. Всего доброго, Адиль, – недвусмысленно намекнула, чтобы он уходил.
Мужчина смерил меня странным взглядом и ушел.
Я закрыла за ним дверь, и на меня обрушилась тишина. Я слышала только свое частое хриплое дыхание.
А потом рухнула на колени и зарыдала в голос, я скулила, выла от раздирающей нутро боли. Слезы нескончаемым потоком текли по щекам.
Трясущимися руками достала телефон и стала листать фотографии своей малышки, моей дочки. Какая она у меня красивая, самая умная, самая лучшая девочка в мире.
– Мама так сильно тебя любит, – целую экран."
"Я выживу, уговариваю сама себя. Ради Рины я готова на все.
В сознании тут же всплывает образ Исы.
