Смотрю на Рину, она весело смеется с Лидией. Сердце бьется толчками, и мне так больно становится. Я понимаю, что не могу появиться в таком виде перед малышкой. Захожу обратно в дом, там ванная на первом этаже, залетаю туда, и меня просто ломает на части.
Я четко понимаю, что Катарина справится и без меня. Если я сейчас исчезну из ее жизни, она даже не вспомнит обо мне. Я для нее лишь вспышка, а для меня она – Вселенная. Почему-то именно сейчас я понимаю, что Исайя легко может выкинуть меня из жизни ребенка. А не делает лишь потому… Я не знаю почему, если честно.
Он же сказал, что я буду жить в аду. Я и живу. Теперь я буду думать, что любой день может стать последним, когда я рядом с девочкой.
Вообще я редко плачу, но сейчас я просто не могу остановить поток слез. Они катятся по щекам вниз, мне нечем дышать. Я чувствую себя такой маленькой и беспомощной.
Не знаю, сколько прошло времени, пока я приходила в себя. Слезы высохли, и я лишь иногда всхлипывала. Все, надо брать себя в руки. Мы еще поборемся.
Я умыла лицо холодной водой и вышла из ванной.
Катаринка с Лидией были на кухне, готовили обед.
– Как вы тут? – спросила я, целуя малышку в лоб.
– Хорошо, готовим обед. Есть предпочтения?
– Мы кушаем все. Спасибо. Помочь?
Мы втроем занялись процессом готовки. Пусть мне не нравилась сама мысль о том, что у Рины появилась нянька, но Лидия мне нравилась. Чувствовалось, что она очень хороший специалист. Она рассказала, что работала педиатром и потом ушла в няни. Такие, как она, самые элитные и востребованные.
Когда еда готова, мы обедаем, а потом укладываем Рину спать. Я ложусь вместе с ней, потому что иначе просто не вывезу этот день, мне нужна передышка.
После сна к нам заглянула Лидия. Я хотела ее выставить. Она заметила мой взгляд и улыбнулась.
– Лера, я не претендую на твое место. Я здесь только для того, чтобы помочь. Я люблю детей, а Рина замечательная девочка.
– Знаю. Но я не просила о помощи.
– Все вопросы к Исайе.
Все сводится к этому мудаку.
Ладно.
Я оставила Катарину с Лидой и пошла искать Иманова.
Он был в своем кабинете. Я открыла дверь и зашла внутрь.
– Нам нужно поговорить, – сказала я.
– Выйди, – сказал не отрываясь от бумаг.
– Нет! Нам надо поговорить!
– Выйди, постучись и зайди, когда разрешу.
Я хотела тут же накинуться на него с обвинениями и послать матом. Но не стала. Он показывает свою силу и власть надо мной. Ладно, дам ему это мнимое чувство.
Я вышла за дверь и постучала.
Он не ответил.
