— Было ясно, что она не готова делиться со мной прошлым своего драгоценного сына.
В этот момент хлопнула входная дверь, ив коридоре послышался громкий голос мужа:
— Я дома!
— Эдичка! — воскликнула Антонина Семёновна, побежав в прихожую. — Как ты себя чувствуешь, дорогой? — Она так волновалась за сына, словно всю эту неделю он жил не под её тёплым боком.
«Неужели? — пришло в голову мне. — Не может быть…»
Выйдя в коридор, я прислонилась к дверному косяку, задумчиво смотря на то, как Антонина Семёновна помогает раздеться своему великовозрастному лбу.
Раньше я не замечала, насколько сильна была её материнская любовь…
Но теперь осознала — иногда она походила на помешательство. Поэтому, может, Антонина Семёновна знала про похождения сына, всеми силами скрывая правду от меня?
От такой догадки стало не только невыносимо больно, но и противно. Сколько же предателей окружали меня?
— Есть что-нибудь перекусить? — Пребывая в размышлениях, я не заметила, как мама ушла, а Эд приблизился ко мне.
— Я так проголодался…
— Тушёные овощи в духовке, — ответила я, переведя задумчивый взгляд на мужа. — Ещё тёплые. Можешь есть… — Сказав это, я хотела пойти к Николь, но он остановил меня, взявшись за запястье."
"— Что вас связывает с Николаевым? — тихо, но грозно спросил Эд. — Как ты вообще с ним познакомилась?
Сначала я не поняла, о ком говорит муж. Но после, вспомнив инцидент в парке, устало усмехнулась. Он говорил про Макара.
— Что вас связывает с Еленой Павловной? — пристально смотря в ненавистные карие глаза, спросила я.
— Почему мы отдали Нику именно к ней? Была возможность выбрать Щукину.
Конечно же, мой вопрос не понравился мужу — на его очерченных скулах заходили желваки, а левая бровь нервно дёрнулась. Эд стал сильнее сжимать ладонь, но это не убавило моей решимости.
— Ты ревнуешь меня, хотя я никогда не давала повода. Но что же делаешь сам? Как я должна понимать вашу интимную встречу в парке? Может, это мне стоит задуматься о твоей верности? — Я хотела, чтобы муж считал, что моё сердце сгорает от ревности.
И оно действительно пылало, но лишь от ненависти.
— Я просто приехал на встречу с тренером нашей дочери, — успокоившись, ответил муж. — Мы обсуждали организационные моменты выступления Николь. Ты же знаешь, как ей важны эти соревнования.
— Соревнования? — злобно усмехнулась я. — Или всё же выступление на катке городского парка?
Когда Эд понял, что ошибся, было уже поздно.
