– Я отвезу тебя сам, – Даниэль встал, хватая со спинки стула висящий пиджак. – Нина, ты едешь?
Нина пожала плечами, переводя взгляд на Джека. Тот поднялся со своего места.
– Я отвезу ее, не переживай, мне все равно нечем заняться.
Даниэль кивнул, и все направились к выходу. Все, кроме Оливии. Злость при виде своего капитана на слова, сказанные ночью, на его желание избавиться от нее накатила с новой силой. Ей было абсолютно все равно, что ему пришлось работать ночной сиделкой. Он расплачивался за свою ошибку.
Жалости к нему не было, как и сочувствия, беспокойства о том, как он полетит.
– Что ты стоишь? – Даниэль обернулся, пропуская друзей. – Я еду в аэропорт и довезу тебя до твоего отеля. У нас еще есть время.
Но она продолжала стоять, сощурив глаза:
– Избавь меня от себя и вызови мне такси.
– Ты утопила мой телефон, – произнес он, наблюдая за тем, как она полезла в свою сумочку, вынимая свой. – Твое такси будет ехать час, ты не успеешь на рейс."
"Она не поедет с ним.
Тем более наедине. Ей не нужны подачки. Может, поехать с Джеком? Это было хорошей идеей, только думать надо было раньше – машина Арчера только что умчалась.
Свидетелей не было, и Даниэль сделал шаг ей навстречу. Оливия шагнула назад, все еще без отрыва смотря на него. Он готов был послать ее ко всем чертям. Его нервная система стала слишком слабой. Эта девушка выматывала своими выкрутасами.
– Я могу оставить тебя здесь одну. Просто уйти и закрыть дверь. – Он уже пошел к двери, хватаясь за ручку, но резко остановился.
– Последний раз спрашиваю: ты едешь со мной?
Понимая, что он прав – такси действительно будет ехать полдня, – плечи девушки опустились, и она опустила взгляд в пол. Выбора не было.
– Если ты будешь молчать всю дорогу.
– У меня нет желания с тобой разговаривать, можешь не переживать об этом.
Сорок минут ее молчания – это большая награда. Всю дорогу Даниэль думал о работе, вспоминая аэропорт и посадочную полосу Брюсселя. Он впервые полетит туда в статусе капитана, и каждая деталь имела значение.
Чувствуя волнение, он пальцами стучал по рулю машины. Руль его раздражал сейчас больше, чем девушка, сидящая рядом. На «Эйрбасе» не было штурвала, он так привык к сайдстику, что руки начинали забывать. Сейчас бы Арчер поспорил с ним по поводу управления «Боингом», вываливая все его плюсы, в частности, штурвала. Даниэль усмехнулся, вспомнив, как Оливия осадила его друга в аэропорту Гамбурга.
