Все соблюдали правила вежливости, требовавшие от нас всех необходимость пообщаться с хозяином данного мероприятия.
И лишь спустя три минуты дело сдвинулось с мёртвой точки:
— Александр, ты не против если мы отойдём поболтать наедине?
— Не имею ничего против. Простите, вынужден откланяться для разговора с князем.
Оставив Таичкова вместе с Гагариными, я с Любомирским решили пройтись и не дать никому даже случайно подслушать наш разговор.
— Как вам званный вечер, Александр?
— О, мне всё очень нравится! Больше всего мне понравилось две вещи: что вы решили организовать этот вечер на свежем воздухе и представление перед публикой с помощью глашатая.
Мне уже удалось побывать на нескольких мероприятиях, которые организовывали знатные семьи, но нигде я не встречал ничего подобного.
— Очень рад, что сумел вас поразить. В последнее время наблюдается некое однообразие в устраиваемых мероприятиях. Всем заправляют главы рода, которые зачастую являются стариками, что предпочитают делать всё по принципу «как деды завещали».
Им не хватает гибкости мышления молодого поколения, которое очень любит экспериментировать!
И хотя это был трёп ради трёпа, но не согласиться с его словами я не мог. Закостенелость аристократии связана с тем, что слишком уж часто главами родов становятся старики, что не готовы проводить активные изменения даже в рамках своей семьи. Увы и ах!
Но мне не хочется тратить своё время на лишнюю болтовню.
— Леонид Сергеевич, вы же не просто так отвели меня в сторонку, чтобы пожаловаться на стариков? Я взрослый мальчик, всё понимаю.
Если у вас есть дело, то прошу — выскажите то, что хотели сказать.
— Понимаете, Александр, несколько знатных родов встревожены тем, что могли оказаться у вас в опале, — наконец-то решил перейти к сути князь. — В первую очередь это связано с почившим князем Суворовым, что собрал в определённый момент вокруг себя множество глав знатных семей. И эти люди всерьёз опасаются, что вы могли посчитать их причастными к тем… «неприятностям», что доставил вам Николай Суворов.
Учитывая ваш характер и недавнюю ситуацию с Грубовым, эти опасения вполне обоснованы.
— Ещё как обоснованы, — кивнул я и отпил из бокала вина. — Понимаете, ещё при моей личной встречей с бывшим князем у меня с ним состоялся крайне приватный разговор. Он назвал мне множество имён и фамилий. Предполагаю, что упомянул он и те рода, что сейчас беспокоятся о своей судьбе.
