А теперь возвращайся в свою берлогу и забудь все, что здесь было.
– Видно, это особенная женщина, – хмыкнула старуха, ощущая приятный вес мешочка, – если дарги платят кровью за ее душу!
Но собеседник уже исчез. Ваэрхе ответила тишина.
* * *Стражник не обманул. Через квартал Нериль и Рей вышли на рыночную площадь. В этот час она была пуста и пугала случайных прохожих своим безмолвием. Мать и сын обошли ее, пугливо косясь на прошмыгнувших мимо типов в кричащих одеждах. А за площадью начиналась широкая мощеная улица, вдоль которой высились трехэтажные дома.
– «Гостиный двор матушки Матильды» – прочитал Рей вывеску на одном из них. – Мам, кажется, нам сюда.
Нериль кивнула.
Через несколько минут они уже стояли у стойки и объясняли хмурому старичку, что им нужно.
Старичок смотрел на поздних постояльцев с явным неодобрением и чмокал сморщенными губами.
– Комнат нет! – прошамкал беззубым ртом.
Рей ревниво прижался к матери.
– Куда же мне деться с сыном? – расстроилась Нериль. – Не ночевать же на улице! К тому же это именно Гюнтер направил нас к вам.
Имя Гюнтера заставило старика сменить гнев на милость. Он кинул на стойку ключи с деревянным брелоком, на котором был выбит номер:
– Два сольвенга серебром. Деньги вперед!
– Так дорого?
Старик недовольно нахмурился:
– Дешевые все разобрали, в городе ярмарка. Я вам лучший номер даю. С двумя раздельными спальнями и уборной. Не хотите – как хотите."
"Он взял ключ, но Нериль быстро накрыла его руку своей ладонью.
– Подождите, любезный, мы согласны, – она улыбнулась ему.
– Ладно, – проворчал дед. – Так бы сразу. Второй этаж, по коридору налево.
На первом этаже гостиницы был трактир, где до сих пор звучала музыка и громкие голоса. Но мать и сын поостереглись туда заглядывать. Найдя свой номер, они на скорую руку смыли грязь и поужинали остатками припасов. Нериль заметила, что Рей клюет носом и отправила его спать. Сама же набрала в ванну воды.
Ванна была бронзовая, на позеленевших от времени ножках. Вода из крана текла только холодная, но под самой ванной находилось устройство для нагрева.
Нужно было лишь разжечь угли и дать им хорошо раскалиться. А чтобы постоялец не обжегся, на дне ванны лежала отполированная дубовая доска.
Нериль нагрела воду, скинула платье, залезла ванну и растянулась на доске так, что сверху осталось только лицо. Вздохнув от блаженства, она закрыла глаза. Горячая вода была благоденствием для натруженных мышц и уставших костей. Все-таки переход по болотам дался непросто.
