Нериль вздохнула: ей хотелось получить более существенные аргументы, чем просто слова. Но скрипнула, приоткрываясь, калитка, и в щель протиснулся Рейни. Мальчик бережно придерживал подол рубахи, в которой что-то лежало. Красные глаза выдавали, что он плакал. Но сам Рей, увидев мать, сразу насупился:
– Будешь ругать?
Она не сразу поняла, что завернуто в его рубаху. Но красные пятна, проступившие сквозь ткань, заставили насторожиться.
– Я набрал малины, – мальчик двинулся вдоль забора, поближе к дому. – Пока вы тут ругались.
– Малины! – ахнула Нериль. – Ты лазил в малинник! Там же медведи!
Она дернулась к сыну, но Ник ее удержал.
– Успокойся, он цел. Здесь ему ничего не грозит.
– Но медведи…
– Дикие звери умнее людей. Теперь, когда кровь проснулась, они будут обходить его десятой дорогой.
– Они чувствуют в нем дракона? – сообразила Нериль, вглядываясь в лицо сына.
– Верно. Теперь животные инстинктивно будут избегать его. Таков удел моей расы.
В голосе Ника прозвучала печаль. Рей шмыгнул носом и нырнул в дом, пока мать не нашла еще к чему прицепиться.
"
"Подойдя к Грому, дарг почесал пса за ухом, и тот радостно завилял хвостом. А Нериль невольно вспомнила, что за все время жизни в Дардаасе ни разу не видела диких животных. Да, были коровы и свиньи, которых забивали на мясо, были куры и гуси. Но передвигались дарги на анкрах, крылатых ящерах, и инкардах – бескрылых. Лошадей, котов и собак не держали, а охотиться отправлялись за сотни миль от крепости. Потому что в окрестных лесах ничего не водилось!
Тогда она думала, что это из-за Разлома – огромной расщелины, из которой постоянно лез ядовитый туман и кошмарные твари.
Дардаас был одной из десяти крепостей, что уже много сотен лет сдерживали этих существ.
А оказывается, дикие звери ушли, потому что не могли соседствовать с драконами!
– Но к тебе это не относится, – пробормотала женщина, глядя, как пес ластится к Нику.
– Я же говорил, – хмыкнул тот. – В отсутствии дракона есть свои плюсы.
Глава 5
Больше они к этой теме не возвращались, хотя у Нериль осталась куча вопросов, и они жгли ей язык.
Для всех в деревне Ник был ее младшим братом и дядей Риэна. Сам Ник с местными сближаться не спешил, хотя пару раз зашел в деревенский паб, осмотреться и сплетни послушать.
– По седмицам народ здесь ходит в храм Двуликого, – сообщила Нериль как-то вечером. – И мы с Риэном тоже. Тебе нужно достать приличную одежду для посещения храма. Я не успею сшить за такой короткий срок.
