Как она могла проспать? Наверное, это последствия тревоги и волнений, которые ей пришлось пережить этой ночью. И что же теперь? Ее сын один в доме с даргом? А еще Бьернар! И госпожа Ульфсон, которая каждое утро приходит доить корову!
Не нужно чтобы соседи видели ее незваного гостя. А то сплетни пойдут. В деревушке очень строгие нравы!
Накинув простой ситцевый пеньюар, она выглянула в окно и сразу спряталась обратно за штору.
Потому что посреди двора, занеся топор над колодой, стоял мужчина. Высокий, худощавый и мускулистый.
С короткими темными волосами.
Из одежды на нем были только штаны, закатанные до колен. Босые ноги утопали в мокрой от росы траве. А вдоль позвоночника струился золотистый рисунок, едва заметный на фоне светлой кожи.
Мужчина стоял к дому спиной, но Нериль мгновенно его узнала. Это точно не Бьернар!
Она хотела уже спуститься вниз и потребовать объяснений, когда из дома выскочил Рей. В одной руке мальчишка держал ломоть хлеба, густо намазанный сметаной, а в другой – пучок зеленого лука.
– Эй, – закричал он, пританцовывая вокруг дарга, – я все сделал, как ты сказал!
Нериль навострила уши.
Дарг опустил топор, тот впился в деревянную чурку, и она распалась надвое. Рядом уже валялась гора поленьев. Сам же дровосек воткнул лезвие в колоду, улыбнулся мальчику и потрепал его по нечесаным вихрам:
– Молодец, я тоже закончил. Ну-ка, помоги тут прибрать.
С минуту Нериль наблюдала, как ее сын на пару с даргом носят дрова под навес и укладывают в поленницу.
Потом вспомнила, что собиралась вмешаться и остановить беспредел.
Еще никогда в жизни она не одевалась так быстро, как в этот раз: халат был отброшен, его заменили простые нитяные чулки, белье без всяких изысков, закрытое серое платье. Нериль всунула ноги в мягкие туфли и выскочила из спальни, на ходу завязывая волосы в пучок.
И все равно не успела.
Когда спустилась по лестнице, во дворе уже никого не было. Зато из кухни доносились приглушенные голоса.
– Что здесь происходит? – она шагнула через порог, с трудом сдерживая раздражение.
Навстречу из-за стола поднялся дарг. На его губах играла настороженная улыбка:
– Доброе утро, хозяйка.
– Я тебе не хозяйка! – Нериль сложила руки на груди, инстинктивно защищаясь от него и замыкаясь. – Вижу, тебе уже лучше?
Она окинула его голый торс неприязненным взглядом. От вчерашних ран остались только тонкие шрамы.
– Да, повязки я снял за ненадобностью.
