Но сейчас мы должны до конца убедиться в том, что диагноз верен и уже после назначать план лечения. Ещё я очень рекомендую национальный центр здоровья детей, там есть отделение иммунопатологии и реанимации.
Карина рядом сидит совсем притихшая, а я стараюсь переварить. Киваю на всё то, что говорит врач. Потом я обязательно всё это изучу, и до конца разберусь.
— А к ней можно сейчас? — задаю остро интересующий меня вопрос.
Как она там одна совсем? Ей наверняка страшно, она ведь такая нежная девочка…
— Сейчас она пока в реанимации, — врач поджимает губы.
Киваю, утирая одиноко стекающую слезу.
— Мне от вас нужно согласие, — он начинает доставать бумажки, а я на автомате подписываю, пока перед глазами расплываются все буквы: — Здесь персональные данные, согласие на вмешательство и взятие биоматериала… Пока вы можете быть свободны, — выдаёт он в конце, а я резко отрываю взгляд от бумаг.
— Нет, мы дождёмся…
— Юлия… — запинается доктор.
— Марковна, — киваю я.
— Юлия Марковна, смысла в ожидании здесь сейчас нет.
Вас не впустят в ближайшее время, диагностика всё ещё идёт. Лучше набраться терпения и сил дома, чтобы приехать сюда уже с совершенно другим настроем.
Он встаёт с места, указывая нам на дверь. Понимаю, что так он нас выгоняет, и, наверное, могу его понять. Но собственное состояние едва ли способно сейчас к чему-то разумному.
Это впервые, когда происходит нечто такое, что подрывает всю мою гармонию и стабильность.
— Мам, идём, — Карина берёт меня под локоть, поднимая со стула, и я, кивнув врачу с тихим «спасибо», всё же ковыляю на выход.
Когда мы оказываемся в коридоре, то я со всей силы зажмуриваю глаза и, придерживаясь рукой стены, даю себе одну минуту, чтобы собраться.
— Я папе написала про диагноз, — врывается шёпот Карины в моё сознание.
Сейчас мне плевать, кто и что там знает. Сейчас я должна понять свои дальнейшие действия, чтобы оперативно и до конца вылечить своего ребёнка.
Достаю телефон, на котором десятки пропущенных от Озерова, и судорожно ищу информацию про эту цитокиновую реакцию и возможные центры в Москве, которые занимаются только вопросом иммунитета.
— И какого чёрта вы обе мне не отвечаете⁈ — громогласным и явно недовольным баритоном раздается на весь коридор.
Как он здесь оказался так быстро?…
Глава 11
Юля
Реагировать на его очередную грубость нет сил совершенно. Я мажу по нему незаинтересованным взглядом, крепче сжимаю ручку сумки, ощущая, как Карина рука словно по инерции придерживает мое плечо, обдавая теплом.
