Однако для меня стало новостью то, что все фениксы рождаются с мощным магическим потенциалом, они все маги от природы. А еще…
Заклинания забирают много сил, и когда резерв мага пустеет, нужно время на восстановление. Если маг потратит больше, чем необходимо, он сильно ослабеет, потеряет сознание, может умереть. Но что же я прочитала в учебнике? «Поцелуй невинной девы мгновенно восстанавливает магический резерв феникса и ненадолго увеличивает его». Здорово, да?
И это не все: на следующий день первокурсникам боевого факультета предстояли испытания — они сжигали соломенные чучела, рушили каменные стены и пробивали ходы в толще земли.
В общем, проверка грубой силы, чистой магии, а Эльм не привык проигрывать.
Не очень-то приятно узнать, что против воли стала чем-то вроде запрещенного зелья! Он меня даже не спросил!
Почему все парни такие гады?
Риторический вопрос, конечно. Написала, и теперь мне легче. Можно заняться действительно полезным делом — подготовкой к практикуму. Вечером собираюсь пойти вместе с Норри в кофейню, где она моет посуду.
Гоблинка обмолвилась, что им временно нужна подавальщица: постоянная свалилась с простудой. Студентам платят медяшку за час, но это лучше, чем ничего.
Листвень. День 29. Ночь
Листвень. День 29. Ночь
Подавальщицей работать несложно, только муторно и ноги гудят. За вечер я не присела ни разу, таскала тяжелые подносы, улыбалась, кивала, вытирала со стола.
Мне выдали темное платье с белым передником и коричневый чепец, полностью скрывающий волосы. Я превратилась в одну из незаметных работниц, и взгляды посетителей не останавливались на мне дольше, чем нужно, чтобы поднять палец подзывая.
Норри на кухне вся в пене и в мыле возилась с посудой, поток которой не кончался. Мы обе сбивались с ног, так что и поговорить было некогда. Изредка перекидывались парой слов, когда я приносила ей пустые тарелки и кружки."
"— Плюс медяшка! — извещала я подругу, когда минутная стрелка делала полный оборот по циферблату.
Часы висели в общем зале, и гоблинка не могла их видеть.
— Итого три, — подсчитывала она, отирая вспотевший лоб рукавом. — Как долго тянется время!
С этим не поспоришь! Работа нудная, тяжелая, но простая и приносит деньги. Я уставала, но уговаривала себя потерпеть: осталось продержаться пару дней.
Все шло хорошо, спокойно, и нечего было записать в дневник. Утром занятия, потом я быстро готовилась к завтрашнему дню и бежала в «Тучки небесные» — так называется кофейня.
Недешевое местечко, кстати.
