Коллежский советник пришел к Зворыкину и попросил его устроить одно дело. Питерцу нужно было, чтобы его приняли в Комитете донских гирл и объяснили, как там все устроено. А потом показали бы бухгалтерию.
— Но для чего вам это? — удивился градоначальник.
— Следы одного из преступлений ведут туда.
— Ну и что? Вы-то тут при чем? Пусть дознает ростовская полиция, с них я и спрошу. Ваше дело — общая ревизия, а не конкретное дознание.
— Иван Николаевич, мы же с вами вчера договорились. Я сам выбираю себе направление ревизии.
Вот, решил на пробу копнуть одно дело. С Липко и Блажковым мы это уже согласовали.
Полковник недовольно покачал головой и попросил секретаря соединить его с Парамоновым. Мембрана в телефоне была такой, что Лыков слышал ответы мукомола.
— Елпидифор Трофимович, добрый день. К нам приехал ревизор из Петербурга, коллежский советник Лыков. Просит показать ему ваш комитет.
— Он из Министерства торговли и промышленности? Это хорошо, нам нужна там поддержка. Пусть приходит, все покажем, а вечером и в ресторан.
— Нет, Лыков не оттуда. Он от Столыпина.
— Хм… И какое отношение ваш ревизор имеет к донским гирлам?
— Вроде не имеет, а вот интересуется. Я не могу ему отказать.
— Ищейка из полиции? К черту его! Сейчас в ход пошел прохвост…
Градоначальник виновато покосился на сыщика и продолжил:
— Я вас очень прошу. Боюсь, в столице копают под Даниила Васильевича. Не иначе, место его кому-то приглянулось. Лыков — наш союзник в этом вопросе.
— Ну, если нужно помочь Драчевскому… Ладно.
Пусть приходит к Кузьмину, я распоряжусь, чтобы тот ответил на все вопросы вашего соглядатая.
— Спасибо, Елпидифор Трофимович!
Полковник положил трубку и сказал:
— Уф. Трудно с этими миллионщиками.
— Избаловали вы их. В Петербурге рявкнули бы, и весь разговор.
— Тут есть специфика, — уклончиво возразил градоначальник. — Езжайте теперь к реке. Посреди Береговой улицы отыщете корпус комитета, он в два этажа. В здании конторы вас будет ждать Роман Федорович Кузьмин.
Это управляющий пароходством и хозяйством, сведущий человек и старательный работник. На нем все и держится, поскольку самому Парамонову вечно некогда. Он даст нужные разъяснения.
Командированный поблагодарил и откланялся. Через полчаса он уже сидел в тесном кабинете Кузьмина, окнами на Дон, и беседовал с хозяином. Разговор затянулся надолго. Несколько раз он принимал такой оборот, что управляющий хозяйством вскакивал и начинал бегать вокруг стола.
