Но нарвались на мальчишку, который их и прикончил. Настоящее чудо… [78]
— А потом?
— Потом Виктор Рейнгольдович через Сахалин и Японию долгим-долгим путем вел его в Германию. Привел, и сейчас, насколько я понимаю, Буффаленок, он же Фридрих Гезе, наш резидент там. Значит, он теперь передан на связь тебе?
— Да.
— Вот ты и узнал, с кем будешь иметь дело. Береги Буффаленка.
Таубе лукаво улыбнулся и спросил товарища:
— Ничего не хочешь Федору передать?
— То есть? — растерялся Лыков.
— Павлука через месяц совершает свою первую поездку в Германию в качестве маршрут-агента.
И увидит Буффаленка.
— Живьем, глаза в глаза?
— Точно так.
— Ух ты… Меня бы на его место.
— Вот фантазии оставь, — строго осадил сыщика генерал. — Ну? Что передать-то?
Алексей Николаевич повернулся к сыну:"
"— Обними его крепко-крепко и расцелуй. А на словах скажи, что все мы тут его очень любим и скучаем.
На этом разговор закончился. Лыков отправился домой и даже успел подремать часок на диване. Гости прибыли вовремя, и вечер прошел хорошо.
Элла была красива, приветлива и умела вести разговор. Если станет невесткой, то ничего, сгодится, решил про себя сыщик. А Владимир Мордвинов оказался специалистом по тминной водке и составил хозяину компанию.
Утром Лыков доел фазана, приказал завернуть ему в дорогу медвежий балык и отправился на вокзал. В буфете первого класса все разбирали свежий номер «Нового времени». В глаза бросился заголовок на развороте: «Страшный экс в Тифлисе. Бойня на Эриванской площади».
Алексей Николаевич схватил газету. Черт бы их побрал! Неизвестные бомбисты напали на карету казначейства, перевозившую наличность. Конвой перебит, множество случайных прохожих стали жертвами нападения. Убито и ранено более девяноста человек! [79] Похищено двести пятьдесят тысяч рублей, все нападавшие скрылись. Полиция ведет дознание.
Еще один успешный экс… Самый известный и самый удачный произошел в Москве 7 марта 1906 года. Тогда эсеры ограбили Купеческое общество взаимного кредита, забрав огромную сумму — 875 000 рублей.
Обошлись без единого выстрела. На эти деньги они купили потом булочную, квасную лавку и две мастерские. «Отстирали» добычу, а заодно создали явочные квартиры, склады и даже стрелковый тир. Руководил эксом Владимир Мазурин, тот самый, что во время декабрьского восстания в Москве расстрелял на глазах у семьи начальника сыскного отделения Войлошникова. Психопат и садист отличился потом еще не раз.
