Магомед ждал меня в коридоре. Увлекшись перепиской в телефоне, не сразу заметил, что я вышла и жду его.
— Как прошло? — погасив экран и пряча мобильный в карман.
— Нормально, — другого ответа этот вопрос не подразумевает. Вряд ли преподаватели кого-то из абитуриентов встречают хлебом-солью, поют оды в честь нового студента или, наоборот, выгоняют взашей, не взглянув на результаты экзаменов.
— Давай подадим документы еще в пару ВУЗов? — предлагает Магомед, пока мы спускаемся к парковке.
— Я могу съездить сама, — мне не хотелось его отвлекать.
"
"— Мне не сложно, сегодня я весь в твоем распоряжении, — улыбается, но я не отвечаю на улыбку Магомеда. Наигранная какая-то легкость. В очередной раз убеждаюсь, что я не обладаю свободой действий. Мне, в отличие от Алины, не разрешено передвигаться самостоятельно. В то время, как вторая жена самостоятельно отбыла на своем автомобиле, я езжу с надзирателем.
Говорить нам было не о чем, да и не хотелось, если честно, лента в соцсетях была куда интереснее. Мага пытался меня разговорить, натыкаясь на рекламные афиши того или иного поп-исполнителя или премьеру спектакля, он интересовался моими вкусами, но сдался после трех неудачных попыток.
Я жила в тюрьме с кучей правил и запретов. Меня должна была интересовать только учеба. Моими развлечениями были уборка, глажка белья, помощь на кухне.
Сдав документы еще в два престижных ВУЗа, мы заехали пообедать в кафе. Магомед не спрашивал моего мнения, сообщил, что голоден, и, пока не поест, мы не сдвинемся с места.
Я заказала салат с креветками и малиновый чизкейк, который здесь подавали с кружкой ягодного чая.
— Диана, я тебе не нравлюсь? — отстукивая пальцами по подлокотнику кресла.
— Я недостаточно хорошо тебя знаю, чтобы ответить на этот вопрос.
— Вот опять ты не даешь прямые ответы на мои вопросы, — уголки его губ ползут вверх. — Такими навыками обладают политики, да и то не все.
— Не помню, чтобы ты отвечал на мои вопросы, — в это время подходит официант, расставляет напитки.
— Диана, я хотел бы с тобой подружиться.
Что-то мне подсказывает, что Эльдар ошибается на твой счет, — удивляет своим откровением.
— В чем именно он меня подозревает?
— Ты ведь не шпионишь на деда? — пристально наблюдает. Что бы я ни ответила, вряд ли он так просто поверит мне.
— Поэтому мой телефон прослушивается, а меня никуда не выпускают одну? — приходит озарение.
— Твой дед непорядочный человек, Диана. От него можно ожидать чего угодно, мы хотим быть готовы к любому повороту.
