Лишь дедушка Юсуф накрыл ее руку, лежащую на столе, своей рукой и едва заметно сжал. Стариков мне было жалко, они, как и я, вынуждены принимать участие в этом спектакле.
— Эльдар, у тебя целый отдел службы безопасности, отдел первоклассных программистов, почему они не чистят грязь, что распространяют в сетях? — дед, не замечая напряжения и суеты за столом, продолжал гнуть свою линию. Дома я не замечала, что он постоянно акцентирует внимание только на себе, но сейчас это неприятно бросалось в глаза.
— О какой грязи вы говорите, Карим? — тут же повеяло холодом, словно кто-то резко открыл окно.
— Ты знаешь, о чем идет речь, — проговорил недовольно дед, бросая взгляд в мою сторону. Не нужна мне защита, но стало интересно, как Эльдар будет выкручиваться.
— Если речь идет об Алине, то впредь я попрошу выбирать выражения, — деда всего перекосило от резкого тона Эльдара, а он между тем продолжил: — Она в этот дом войдет на таких же правах, как и ваша внучка.
— Ты собираешься привести в дом вторую жену?! — не скрывая злости, дедушка повысил голос.
— Моя религия позволяет мне привести четыре жены, — в отличие от дедушки, Эльдар говорил спокойно, но в тональности его голоса слышалось злорадство, превосходство. Складывалось ощущение, что он получает удовольствие, ставя на место Карима Алибекова.
В этот момент мне было не до чувств деда. Я ошибочно верила, что совсем скоро со мной разведутся, наконец-то я стану свободной, а получается…
— Выпей, — Магомед вложил мне в руки стакан с водой.
— Пей, — повторил он тверже. Рука тряслась, голова кружилась, но я медленно отпивала, стараясь не разлить на себя воду.
— Такого уговора не было, Эльдар, — злится дед. — Ты ему позволишь, Арам?
— Не знал, что должен перед кем-то отчитываться, — резко отвечает Эльдар деду.
— Где твое уважение к старшим? — дед хлопает ладонью по столу. Пауза тишины, что повисла после этого в столовой, заставляет волоски на моем теле вставать дыбом.
— Где уважение к моим родным? — Эльдар хмурится, медленно отодвигая от себя стакан. — В договоре нет ни слова о том, что я не могу жениться еще раз. Карим, если тебе что-то не нравится, ты можешь забрать свою внучку, — зло цедит сквозь зубы. Дед отшатывается, словно получил пощечину. На самом деле пощечину получила я. Ментальная, она больнее физической. Сердце сжимается до нестерпимой боли. Меня пинают, словно сдувшийся мячик, что мешается под ногами.
