Хочу успокоить бабушку, убрать из глаз тревогу. — Бабушка, ты завтракай, — указывая на накрытый Светланой стол, — а я побегу.
— Беги, беги, а то опоздаешь на занятия, — улыбается, а взгляд грустный.
После смерти дедушки прошло полгода, бабушка вроде смирилась с потерей, она чаще улыбается. Реже стала грустить, уходить куда-то мыслями. А тут снова сидит серьезная и задумчивая. Хоть не пускай в родной дом. Прежде чем сесть в машину, прошу Ирину и Светлану присмотреть за бабушкой.
…
Приезжаю в университет. До начала лекции почти пятнадцать минут, можно не спешить.
Возле корпуса на нижней ступени лестницы стоит Усачев, все его внимание отдано дорогому гаджету.
Он не вызывает у меня раздражения, как раньше, мы вроде как подружились. Повзрослел Матвей, перестал быть высокомерным заносчивым гадом, от которого страдали не только студенты, но и преподаватели. Хотя между нами остался один невыясненный вопрос — Усачев так мне и не рассказал, кто на первом курсе оставлял для меня цветы. Приближаюсь к парадной лестнице.
Много девушек проходят рядом с ним, но Матвей отрывает взгляд от телефона в тот момент, когда я подхожу, словно чувствует меня.
— Привет, — здоровается. Ухмыляясь, смотрит на моего охранника, который находится где-то за спиной, не приближаясь ко мне ближе, чем необходимо. Второй охранник ждет у входа.
Взглядом показываю Матвею, что его охранника я тоже заметила. Никто на курсе не догадывается, что мы под присмотром. Наша охрана — профессионалы, они отлично умеют сливаться с толпой.
Подруги заметили, что рядом с нами трутся симпатичные парни, строят «старшекурсникам» глазки, но те не обращают на них внимания, чем ужасно задевают.
А вот наша охрана сразу вычислила друг друга. Мне об этом рассказал Матвей, когда мы стали нормально общаться.
— Привет, — отвечаю на приветствие, останавливаясь напротив.
— Прикроешь меня? — спрашивает Матвей, убирая телефон в задний карман штанов.
— Опять собираешься прогулять лекцию?
— Угу, очень надо, — тихо произносит.
То, что он понижает голос — плохой знак.
— От охраны будешь сбегать, — констатирую факт.
— Встреча у меня, Диана. Мне правда очень надо, — телефон в его кармане вибрирует, но он не отвечает.
— Не ходи, — стараюсь подавить тревогу.
Два месяца назад в него стреляли. Пуля задела плечо, вот только-только все зажило, а он опять рискует. Ради чего, интересно? Не рассказывает ведь. Слышала, что у его отца полно врагов из прошлого, которые хотят отомстить.
