Вчера, это что-то ужасное, бес попутал. Зато вы знаете теперь, как опасно связываться с виолончелистами. И вообще, с Толиками…
— Мотя, всё было прекрасно. — Ева подвинула мне гренку. Она пританцовывала, как Золушка со сковородкой. Вдруг подскочила, чмокнула в щёку."
"Не скрою, я хотел поцелуя. Но не так же, мимоходом. Между делом. Будто пуделя в нос. С другой стороны, чмокнула. На большее я и не надеялся. Точнее, как раз надеялся. Болван ужасный. Втрескался.
Ева ушла собирать чемодан. У неё в полдень самолёт. Из кухни было слышно, она звонит подруге.
Смеётся.
В Пулково-II пусто. Пограничные войска представлены двумя дамами, похожими на беляши в униформе. Женщины мучительно скучали.
Я затащил её в «Шоколадницу», тут же, в холле. У меня оставалось полчаса для чуда. Стал врать, будто собираюсь писать рекламу нижнего белья. И, конечно, если бы она нашла в себе мужество, я спросил бы у неё консультацию. Можно через скайп…
— Ой, Мотя, Мотя… Будто вас некому консультировать. Вчера в бобике, между прочим, на ваших коленях сидели сразу три женщины.
Надо же, запомнила.
— Ева, они мне отдавили всё. Даже то, чего у меня никогда не было. Уже сутки, как я их ненавижу. Откройте мне свой электронный адрес. Я напишу вам смешное письмо.
Вдруг вспомнила о деньгах. За ночлег. Стала совать ворох купюр. Приличная сумма, между прочим. Мы толкали друг другу бумажный ком. Официантки наблюдали с интересом. Не понимали, за что внешне разумные люди так ненавидят рубли. Для кого-то и они — деньги.
— Ева. Послушайте.
Я не беру мзды со сбитых женщин. Лучше так, я приеду в гости, вы отведёте меня в ресторан. Я хочу испытать на себе национальные блюда.
— Не советую. У нас молочный суп с овощами и тушёная репа. Вам не понравится.
— Я уже чувствую, что люблю репу. Требую впечатлений на всю сумму.
— Что? Лопнуть, обожравшись репой? Какой глупый финал.
— Ева. Совместно лопнуть — это так сближает.
— Хорошо. Я напишу. Ждите.
Она ушла за ограждение. Международных рейсов из Питера почти нет, таможенники подняли головы, но сил разомкнуть веки не нашли.
Мытари ненавидели все виды багажа и само это слово. Ева покатила чемоданчик дальше, обернулась, махнула рукой. И всё. Моё небо погасло.
Глава четвёртая
Есть много неприятных профессий. Например, исследователь комаров. Человек ходит по болотам, приманивая опасных тварей жаром своей души. Его постоянно кто-то протыкает и сосёт. Или тюремные психологи. На них так часто нападают, что они не жалуются уже, а только вздыхают.